Не в клубе ли провел эту ночь старший брат?
Двое парней не замечали Маю. Эваллё всё время улыбался. Они о чем-то болтали – с такого расстояния нельзя было различить слов. То и дело друг Эваллё кидал взгляд на запястные часы. Наверное, опаздывает куда-то, – раздумывал мальчик, не отрываясь от этой сцены, он не должен был упустить ни одной детали! Тут старший брат протянул руку и сомкнутой в кулак ладонью легонько ударил по кулаку приятеля. То самое коронное их с Валькой рукопожатие, которое у самого Маю давно вошло в привычку. И вот они разошлись. Хвала Небесам!
Высокий парень в черной шапке из меха неспешно обернулся, пока еще не замечая его. Когда их взгляды встретились, выражение лица Эваллё переменилось в момент: глаза расширились, бледный рот сам собой открылся. Гримаса даже не удивления – на лице отразился стопроцентный шок.
– Маю?!
Мальчик решил, что не даст этому лицу свести себя с ума.
– Маю? – повторил парень, не веря себе.
На лице старшего брата до сих пор отражался шок, смешанный почти с суеверным ужасом.
Да чему он так удивляется? – недоумевал мальчик, выдыхая белый пар.
– Черт, да кто еще-то?! Конечно, Маю! – мальчишка преодолел разделявшее их расстояние и по-хозяйски ухватил старшего брата за локоть. – Всё, познакомились. А теперь пошли домой!
Эваллё пребывал в прострации, казалось, он не уверовал до конца, что перед ним Маю.
– Ну и пришлось же побегать за тобой, – гневно пожаловался тот. – Мне, знаешь ли, такие прогулки – беготня в шесть утра по морозу – не по душе.
Маю смотрел парню в шею.
– Забыл про самолет?
– Скоро? – горячее дыхание разбивалось о его лоб, растапливая холод.
– Уже да!
– Мои документы украли.
– Чт…
– Не волнуйся, я прилечу ближе к Новому году, когда восстановят загранпаспорт. Это быстро, если знать, к кому обращаться.
– Тебя обворовали?! Да как это могло произойти?!
Шагнув навстречу, Эваллё легонько обнял его за плечи. Брат говорил скоро, точно заготовил речь заранее.
– Извини, я обещаю не испортить тебе праздник. Поверь мне, следующий год будет лучшим в твоей жизни. Лучшим. Это я обещаю тебе.
Цепь необъяснимого стечения обстоятельств не более чем паранойя влюбленного человека, который страшится утратить свой ориентир. Теперь это не имело значения, ведь брат рядом.
========== Глава V. Загаданное желание ==========
Солнце
На склоне горы жила змея.
Греясь на солнцепеке,
она нежилась в скалах.
Ветер подул,
всколыхнул воздух,
остудил то место, где было солнце.
Змея поудобней развернула свое длинное тело.
Это было пятьдесят тысяч лет назад.
Солнце светило
над камнями египетских пирамид.
Лучи того же самого солнца
сейчас припекают мою грудь.
Выщербленный ветрами камень
разрушается и гибнет.
Змея, высунув голову из-под каменного навеса,
хочет пожрать и уничтожить мои мысли.
Пурпурные палые листья устлали гравий.
Твое лицо на треугольники разделено солнцем.
Вы порождаете змей…
Зеленая листва над дорогой сочится влагой…
(Из книги «Праздник Гион» Такахаси Синкити)
Тахоми вышла из лифта и направилась по коридору, одной рукой она удерживала бумажный пакет со сладким картофелем, во второй – пачку подарочных конвертов. На стене мигала световая гирлянда. Дверь своей квартиры каждый украсил, как смог – от красно-золотистой вывески Marry Christmas до прикрепленной скотчем новогодней мишуры. С лестничной площадки доносилось чье-то бормотание. Коридор постоянно оглашался громкими возгласами соседей.
В этом районе проживало много иностранцев. Сосед справа – француз, сверху жили русские. Сегодня Тахоми познакомилась со славной парой из Южной Кореи. В таком месте было легче купить квартиру.
Несмотря на бытующий слух о чрезмерной занятости жителей страны восходящего солнца, с 29 декабря практически все государственные и коммерческие заведения были закрыты, а японцы активно провожали уходящий год и готовились к о-сёгацу . Потеря документов старшего племянника добавила семье хлопот перед новым годом, однако благодаря помощи знакомых парень успешно долетел. А встречали Эваллё уже под озаряемым огнями фейерверков небом.
Им досталась презентабельная квартира на десятом этаже, на северо-востоке префектуры, в районе Яматэ. Четыре просторные комнаты, кухонный гарнитур со встроенной техникой, раздельный санузел. Нынешняя прихожая по размерам почти вдвое превосходила прежнюю. Балкон приходился на гостиную и правее – спальню братьев. Две других спальни располагались по коридору левее. Уровень пола в комнатах слегка превышал уровень пола во всей квартире.
Приехав из Токийского офиса вместе с господином Эдо в префектуру Нагасаки, чтобы осмотреть предлагаемые апартаменты, Тахоми увидела фактически пустую квартиру. Никакой мебели, лишь обустроенные на европейский манер туалет и ванная комната, а также светлая кухня с новейшим оборудованием. Темно-каштанового оттенка полы и голые побеленные стены визуально расширяли пространство. При въезде для сохранения простора было решено расставить мебель по минимуму. Непривычным для детей было панорамное остекление гостиной, с появлением Эваллё его пришлось завесить шторами, дабы уберечь племянника от головокружения.
Оказавшись в кипучей атмосфере приближения нового года, Тахоми предложила справить по истине яркий и так любимый японцами праздник согласно местным традициям. Конечно, не обошлось без кадомацу , как некого символа наступающего года, в японском понимании – приветствия Божеству Тосигами, олицетворяющему Новый год. Связку из веточек сливы, сосны и побегов бамбука, перевязанную жгутом из рисовой соломы симэнава, Тахоми вывесила за дверь квартиры, чтобы снискать удачу в новом году. Составлением букета занималась Янке, она обогатила связку ветками папоротника, которые считались символом чистоты и плодовитости; мандаринами – символом долгожительства для семьи в целом; водорослями – символом счастья. К букету Янке привязала высушенную креветку, символизирующую долгую жизнь представителей текущего поколения. В целом составленный букет представлял благопожелание и оберег от злых духов.
Кухню и гостиную украсили традиционным новогодним угощением – моти, хлебными лепешками-караваями из клейких сортов риса, что считалось приветствием Божеству Нового года, от благосклонности которого зависело процветание семьи. Хлеба моти в форме птиц и цветов – пожелание счастья и удачи в наступающем году – подвесили к ивовым букетам, наполнив полутемные комнаты душистым запахом. Эваллё оживил мотибана розовой краской и повесил над входной дверью, другие шарики моти раскрасил зеленой краской и поместил в гостиной.
Тахоми, Фрэя и Маю повеселились на кухне, лепя хлебные лепешки и составляя коронное новогоднее угощение – осэти рёри, состоящее из трех наборов блюд, подаваемых каждое в своей коробочке.
Натертую тушенную рыбу сваляли в красные (удовольствие) и белые (священность) колобки, кохаку камабоко. К ним добавили сансю сакана: гарнир из черных соевых бобов, сушенные анчоусы в соевом соусе и икру селедки, и всё это уложили в первый коробок. Во второй завернули овощи: морковь и кирибоси дайкон, что означает шинкованный дайкон – своего рода японский редис, который отличает мягкий сладкий вкус – и многое другое. К маринадам в третью тару – жареные креветки, онигараяки. Там же уместились редкие овощи, сварив их в большой кастрюле.
Совместив европейские блюда и традиционную японскую кухню, не забыли купить японскую хурму каки и огромное количество маленьких мандаринов. Тахоми принесла из ближайшего супермаркета ароматическое сакэ тосо в пяти крошечных бутылочках по 150 миллилитров каждая. К праздничному сакэ, удобренному специями, японка приобрела и специальный набор посуды из фарфора.