На ней была всё та же одежда, в которой Фрэя ходила в «Шатл»: шорты и футболка. Шумно выпуская воздух, девушка поставила электрочайник закипать и подсела за стол.
– Как у тебя душно!
– Я всю прошлую ночь укусы раздирал, хватит мне этих насекомых. Ненавижу комаров!
Маю полистал учебник в поисках картинок.
– Тебе нравится гимназия? – неторопливо спросил мальчик.
– Ну да. Мне там интересно проводить время. С друзьями весело.
Решив уже, что сестре больше нечего добавить к сказанному, Маю услышал:
– Но школьная жизнь мне не подходит. Не хватает адреналина.
– А ты прекрати выполнять домашку, такой адреналин будет перед каждой контрольной – не соскучишься.
Девушка улыбнулась.
Из носика чайника тонкой струей повалил пар, вскоре раздался щелчок. Заварив им чай, Фрэя вернулась за стол.
– Что делаешь?
– Пишу хронологию по истории за период 1914-1939 годов. Это на несколько часов возни.
– Мы делали такую, когда у нас был курс истории.
[в этой гимназии обучение поделено на курсы и напоминает русский экстернат либо занятия в высшем учебном заведении, где на каждый предмет отводится определенное количество месяцев, а в конце чтения каждого курса проводится аттестация по данному предмету]
Составление хронологической таблицы всегда хотелось оставить на потом, но это, к сожалению, не избавляло от самого задания. Чтобы информация была полной, Маю задействовал всемирную паутину. История не являлась любимым предметом, так как её изучение предполагало долгое сидение на одном месте, как и большинство других школьных предметов, а этого мальчик никак не мог вытерпеть.
Согнув ногу в колене, Маю уперся ступней в сиденье.
– Рабия всё время кашляет. Говорила – появилась отдышка. Завтра поедут в больницу – делать флюорографию.
– Завтра же воскресенье…
– У Персиваля выходных нет, – невесело сказала сестра.
– Может быть, тогда лучше закрыть лавку, пока Рабия не поправится?
– Сомневаюсь, что Рабия откажется от такого прибыльного источника дохода.
– Но это же только на время… А она кашляла уже тогда, когда я приехал, – припомнил Маю.
Его неторопливая речь стала вовсе заторможенной. Маю подавил зевок, старательно борясь с сонливостью.
– Да хватит тебе учиться, – не выдержала сестра, после того, как мальчик в течении минуты делал вид, что всецело занят таблицей.
– Мне одному так повезло, что из всех сестер мне досталась именно та, у которой нет парня, чтобы составлять ей компанию? – сострил Маю, глядя на девушку с улыбкой.
– Ты же знаешь, парни для меня – это несерьезно. Больше недели отношений я не выдерживаю, – усмехнулась сестра.
– Это оттого, что ты мечтаешь о принце из сказки. Фрэй…
Девушка дула на горячий чай.
– Что?
– Почему тот парень назвал тебя фригидной?
– Он – идиот.
– А всё же…
– Потому что я не гуляю ни с кем из школы, и они решили, что я фригидная. По правде говоря, я хорошо знакома с этими парнями, что тебя доставали.
Маю помешало ответить внезапное появление еще одного не-спящего-по-ночам. Брат с сестрой разом прекратили разговор.
Янке в пижаме цвета слоновой кости выглядел совсем иначе, нежели в своем дневном облачении. Тот зашел медленно и остановился в отдалении от стола, точно не решаясь к ним приблизиться.
– Привет. Чаю будешь? – Фрэя уже встала и отправилась на поиски чашки.
– Может, есть хочешь? – подхватил Маю, невольно улыбаясь. – У нас с ужина остались голубцы. Тахоми у нас очень вкусно готовит блюда с мясом.
– Голубцы?
– Ну да. Капуста с мясным фаршем. Ты что, никогда не ела ленивые голубцы?
Янке покачал головой и сел за стол напротив мальчика. Маю пододвинул ноутбук на край, чтобы тот не загораживал ни Янке, ни сестру.
– Маю, – не долго думая, протянул ладонь мальчик.
Рукопожатие у Янке было крепким и недолгим. Рука у парня – тонкая, как у женщины, а пальцы длинные и чуть шишковатые, точно у писца. Ладони светлее тыльной стороны, но это не так ярко выражено, как у темнокожих рас.
Фрэя доливала в чайник воды, бросая на брата вопросительные взгляды.
Теперь, вблизи стало видно, что у Янке не такая уж нежная кожа на скулах и подбородке, как это могло показаться издалека, выдававшая его пол.
Маю это напомнило тот раз, когда он попал в ресторан морской кухни, где впервые увидел фаршированных устриц. Их он разглядывал с не меньшим усердием. В принципе Янке также не скрывал своего интереса к ним с сестрой, наверняка, считал их кем-то вроде звездных детей.
Пока чайник доходил, Фрэя достала из холодильника тару из толстого стекла с голубцами, сняла крышку и поставила в микроволновку. Освободив руки, девушка тоже поздоровалась с Янке.
– Как ты хочешь, чтобы мы к тебе обращались? – поинтересовалась сестра.
– Как «к ней». Но и по имени тоже будет прекрасно.
Девушка переложила голубцы на чистую тарелку и поставила ту перед Янке. Дав ему вилку и нож, выложила на стол несколько тюбиков с соусами и горчицей.
– Тебя устраивает гостиная? Что-нибудь еще нужно принести? Какие-нибудь личные вещи…
– Нет, я уже получила всё, что требовалось. Комната вполне подойдет.
Маю пытался распознать в речи Янке акцент либо иностранный сленг, но придраться было не к чему. Теплый, бархатный голос из-за своего низкого звучания на удивление хорошо вязался с внешним обликом Янке.
Мальчик закрыл тетрадку, поняв, что трансвестит куда более интересное зрелище, чем даты и события.
– Домашнее задание? – Янке кивком головы указал на тетрадку в руках Маю, которую тот сгибал и разгибал.
– Ага. История.
– В каком вы классе?
Маю не понял, к кому обращается парень: к ним с сестрой обоим, или только к нему. Помимо гимназии, где было много иностранцев и людей, приехавших издалека, к нему редко кто обращался «на вы».
– Я на втором курсе гимназии, Маю – на первом, – объяснила Фрэя.
Янке быстро расправлялся с двойной порцией голубцов. Похоже, он был любитель поесть.
– То есть… одиннадцатый и десятый класс, – произнес парень.
Маю перестал гнуть тетрадку и принялся вертеть в руках линейку.
Фрэя протянула Янке чашку с заваренным в кипятке чайным пакетиком. Сделав несколько быстрых глотков и даже не поморщившись, парень слупцевал остатки капусты.
Брат с сестрой переглянулись, и Фрэя уперлась ладонями о стол, налегая весом на руки.
– Ты такая голодная…
Янке поднял на неё взгляд.
– Да нет, ничего страшного, – усмехнулась девушка, взмахнув ладонью, – просто стыдно как-то, ты у нас дома, а никто не спросит, хочешь ли ты есть. В следующий раз, если проголодаешься, просто приходи на кухню. Можно вопрос?
– Конечно… – Янке выглядел довольным.
– Ты… правда танцор стриптиза? – Сестра перестала раскачиваться и села на стул. Взглянув на брата, Фрэя поспешно добавила: – Мне только интересно…
– Вы правы.
– И как тебе такая работа? – подключился Маю.
– Она очень простая. Много думать не надо. Иногда за один вечер собираешь огромные чаевые, – пробормотал Янке, переводя взгляд с Фрэи на Маю и обратно. – Но я говорю это не для того, чтобы кого-то заинтересовать. Не знаю, поймете ли вы, но стриптиз – это только часть работы.
Маю снова переглянулся с сестрой.
– Наша семья не отличается консервативностью взглядов, – услышал он собственный голос. – Мы уже привыкли, что у нас всё шиворот-навыворот. А ты не чувствовала себя скованно?
Янке впервые за их разговор улыбнулся, показав ослепительные на фоне темной кожи зубы. Маю ощутил легкое беспокойство, как при взгляде в колодец. Подросток сразу решил, что улыбка Янке ему не нравится, и дело было не в том, что она казалась неприятной или что-то в этом роде, просто выглядела она зрелой, так мог улыбаться взрослый ребенку, за этим выражением крылся особенный непостижимый мир, не спешащий раскрывать свои секреты. А что может быть общего у взрослого человека и у школьника?