Нож, неумолимо приближался к обильно покрытому кровью лицу и казалось бы на этом судьба Висента из дома Магнаров окончена, но тут не дойдя половины пути он неожиданно выскользнул из пальцев Донала, его руки безвольно опустились, как будто не подчиняясь его воли. Правда, обдумать, то что с ним происходит, некогда удачливый работорговец так и не успел, уже через пару секунд его грудь пронзил чей-то клинок, а сам он, издав свой последний вздох, упал на заваленную трупами площадь, над которой мерно кружились, изредка покаркивая, чёрные вороны.
Глава 14
Вороны, чёрные птицы. Сколько горя и печали принесли ваши тёмные крылья? У многих народов мира они ассоциируются, с вестниками смерти и дурных новостей. И надо отметить не без причины. Эти немного мистические существа, как будто, каким-то своим нутром чувствуют чужие печали, заранее слетаясь ко всему плохому. Вот и сейчас эти пернатые создания плотным чёрным ковром облепили растущее в центре площади древо, а ещё парочку мерно кружили высоко в небе над нами.
- Чёртовы птицы, - злобно сплюнул я на землю, крепко сжимая в бессильной злобе свои кулаки.
В глубине души я прекрасно понимал, что эти птицы ни коим образе не виноваты в моём горе, но глядя на эти плотно прикрытые тканью, что уже начали слегка разлагаться, тела, их непричастность меня волновала в последнюю очередь. Мне хотелось выть и кричать, дать волю своим эмоциям. Однако окружающая реальность накладывала свои отпечатки, и мне лишь оставалось, скрипя зубами, крепкими тисками удерживая бушующую во мне бурю, лишь молча наблюдать за происходящей здесь церемонией.
Отец, мать, мой старший брат Дис и даже предавший нас дядя Вилмар, пятеро тел сейчас ровным рядом лежали на деревянном наспех сколоченном постаменте, по сторонам и снизу обложенном досками и высушенной соломой. Наша такая раньше многочисленная семья в один миг вдруг стала меньше. Остался лишь я, Глен, сестрёнка Лидия и сильно сдавший за последнее время дед, отец нашей матери, который как и мы в раз лишился большей части своих родственников.
Не знаю уж почему, но напавшие на нас Кроулы в первую очередь старались вырезать именно Стейнов. То ли между ними была какой-то давний закостенелый конфликт, то ли они просто, таким образом, хотели присоединить к себе их земли. Но факт остаётся фактом из всех приглашённых на празднество представителей этого дома выжил лишь дед, да и то, только потому что находился ближе всего к отцу, и в силу своего возраста почти не участвовал в разворачивающейся на площади схватке.
Вот уже целых три дня прошло с произошедшей здесь бойни, а никак иначе, то, что произошло здесь в тот момент, назвать я не могу. Кроулы подлым нападением в спину, нарушив все законы и традиции, принялись резать и убивать приглашённых гостей. Страшное было дело. Немногие счастливчики, что сумели остаться в живых, наверняка, до конца своих дней будут вспоминать этот чёрный день и мою не последнюю роль во всём произошедшем, то причине, благодаря которой они ещё ходят по этой земле.
И не мудрено, когда на площадь вышли, как мне потом удалось узнать, летнийские пираты и принялись безжалостно расстреливать из арбалетов моих родных и друзей. Я поначалу впал в некий ступор, мой мозг просто отказывался верить во всё происходящее. До сего момента, пусть и уже заметно слабее, но подсознательно я всё же воспринимал всё, произошедшее со мною за последние 16-ть лет, как какую-нибудь, пусть и не по-детски жестокую, но простую игру. Осознавал себя главным героем романа, которому всегда сопутствует удача, а от всяких бед и невзгод он защищён мощной сюжетной бронёй. И тут резко такой удар под дых от жестокой судьбы. Весь мой мир на секунду рухнул, а когда я наконец-то запоздало понял всё произошедшее, то уже лишился большей части родных. И поддавшись гневу, я наплевав на все доводы разума и любую предосторожность, яростно больше не жалея ни себя, ни своё тело бросился на противников.
Одно время мне даже везло, я благодаря элементу неожиданности и до максимума разогнанного с помощью магии тела, застал противника врасплох и постепенно стал сокращать его численность, они даже полностью прекратили обстреливать наших позиций, сосредоточив всё своё внимание только на одном лишь мне.
Однако, к сожалению, моя удача не продлилась долго, как говорится - толпою даже гасят льва. Вот и меня, не смотря на всю мою магию и нечеловеческие силы, вскоре скрутили, и мне лишь оставалось, в бессильной злобе скаля зубы, виня то себя, то предавшего нас дядю извиваться не в силах встать под гнётом новых ударов судьбы.
А потом, смотря на этих радостно смеющихся и хохочущих выродков, что буквально пару минут назад убили моих родных, у меня где-то в глубоко внутри что-то теперь уже окончательно сломалось. Я понял, что если сейчас не предприму хоть что-нибудь, то не то что не смогу отомстить, а окончательно бесповоротно потеряю всех моих оставшихся родственников, ту единственную нить, что связывает меня с этим миром, семью, что я незаметно для себя отталкивал все эти годы, погружённый в свои идеи и замыслы, закрывшись ото всех в своём маленьком выстроенном мирке. У меня вдруг резко из неоткуда возникли новые силы, проснулись скрытые резервы. Голова полностью отключилась, остались лишь инстинкты, а мой взор окончательно закатила красная кровавая пелена.
Что происходило дальше, не знаю, но по рассказу немногих очевидцев мне стало известно, что я превратился легендарного воина из Века Героев, в машину для убийств, которая принялась, как мясорубка перемалывать врага. До тех пор пока никого из них на площади не осталось, а после без чувств упал на груды изрубленных мною же тел.
Правда, наверное, стоит отметить, что приплывших на остров работорговцев и немногих выживших к тому моменту Кроулов я убил всего едва ли три-четыре десятка, все же остальные, видя непрекращающуюся смерть своих товарищей, разбежались кто-куда, стараясь убраться как можно дальше оттуда.
Кто-то смог пробиться к кораблям работорговцев, другие покинув город подались на Север, а некоторые видимо не до конца отойдя от шока попрятались по пустым домам, откуда и по сей день не высовывают своего носа. Последним не повезло особо, вот уже третий день как по всему городу за ними открыта настоящая загонная охота, их ищут, а как поймают сразу, вешают и казнят без суда и следствия.
В этом деле особо отличился вождь племени Кровавого Зуба - Фалос. Да, вот такая вот, странная шутка ещё пару дней назад этот здоровяк вместе с остальными Кроулами убивал и резал наших людей, а теперь с завидным упорством умерщвляет своих бывших товарищей. Всему виной же был мой неожиданно перед ним возникший долг жизни.
После того как я разделался с нашими врагами и, словив откат от усилившей меня магии, лежал без чувств посреди площади именно его люди спасли меня от внезапной смерти. Да, и такое случается. Один раненный мною в самом начале летниец, каким-то чудом умудрился выжить, и чуть не отправил меня раньше времени на встречу к Старым Богам.
Если честно, примерно около полутора дня назад, когда я впервые очнулся после применённой мною магии, сам сначала не поверил своим ушам. Однако немного потолковав с глазу на глаз с этим здоровяком, всё же хоть и с трудом, но кое-как смог разобраться во всём произошедшем и понять сподвигшие его на это мотивы. И дело тут было даже не в банальном желании выбить себе возможное прощение, а точнее по крайней мере не только в нём.
Как оказалось, предпосылки всего этого уходили в далеко прошлое, ещё до моего рождения. Помните, я раньше всё время гадал, где же мой дядя так научился махать мечом, что и не каждый рыцарь сможет одолеть его в честном поединке один на один. Мы в роде как живём на изолированном от внешнего мира острове, железного оружия у нас почти нет, но откуда тогда все эти умения. А как выяснилось вот оттуда. Мой дед, бывший лорд Магнар, что умер ещё до моего рождения, отдал юного Вилмара на обучение в это самое племя, где из него и сделали настоящего война. Там же он в своё время и сдружился с Фалосом, и частенько даже после окончания своего обучения заезжал к нему в гости. И последний раз был не исключением, три года назад вдрызг рассорившись с моим отцом, Вилмар решил отправиться к своему старому другу и именно там-то на него и вышел патриарх рода Кроулов со своим замыслом.