– Про Вождя, – всхлипнула она. – И больше ничего.
– Понятно, – кивнул Михаил и посмотрел на парня в маске. Тот выстрелил женщине в лоб. – Кончайте ее, – кивнул на девочку Тарасюк. – Откройте газ, а здесь включите утюг и закройте дверь. По крайней мере у нас будет часа три, пока разберутся, что к чему.
– Слышь, Бульба, – обратился к нему рослый. – Можно я ее трахну? – Михаил резко ударил его носком левой ноги между ног и кивнул парню в маске. Тот выстрелил вырвавшейся из рук рослого девочке в затылок. – Не забудь маску снять, клоун, – недовольно проговорил Тарасюк. Вытащил сотовый. Нажал кнопку вызова. – Он у Зудина. Она сказала человеку Зудина про Вождя. Ее и дочь убрали.
Москва
– Полина Константиновна, – говорил в сотовый высокий бородач, – в Ярославле сделали все, как вы просили, но…
– Кубинец, – усмехнулась женщина, – ты же знаешь, что я не люблю этих «но». Перед тобой поставлена задача, и ты должен доложить о ее выполнении. А ты мне нокаешь. Если об этом узнает Вождь, он тебя отправит в бессрочный отпуск. Теперь говори, может, я и не сообщу Вождю. Что там не так?
– Мы могли бы встретиться? – несмело спросил он.
– А ты где? – спросила она.
– В Москве, – ответил Кубинец. – Я кое-что привез. И хотел бы…
– Приезжай на ВВЦ, – услышал он, – через два часа.
– Он дома? – спросила Настю крепкая, стройная молодая женщина.
– Работает, – помогая снять ей шубу, ответила горничная.
– Интересно, над чем? – усмехнулась женщина. Сняла сапоги и пошла через коридор к двери кабинета и постучала.
– Мне ничего не надо, Настенька, – услышала она голос Аркадия Владимировича.
– Это я, – открыла дверь женщина. – А у вас, папа, роман с горничной, – входя, усмехнулась она. – Настенька, – рассмеялась женщина.
– Господи, – покачал он головой. – Явилась. Ну почему в Москве столько ДТП, а ты все жива и здорова. Я же просил тебя, Людмила, – напомнил он, – избавь меня от своих визитов. Деньги я буду передавать…
– А я просто хочу видеть вас, папа, – насмешливо проговорила она.
– А вот за это обращение я и желаю тебе смерти, – кивнул профессор. – И если бы ты не была матерью моего внука, я бы взял грех на душу и заказал тебя киллеру. Ты сгубила моего сына и пытаешься сократить отпущенное мне Господом Богом время. Чего тебе надо, Лапина?
– Я не меняла фамилию покойного мужа на свою, – усмехнулась Люда.
– Для меня ты всегда будешь Лапиной, – перебил ее он. – И что тебя привело сюда?
– Просто проведать, – улыбнулась Людмила.
– Никогда не поверю в твое бескорыстие, – резко проговорил Аркадий Владимирович. – Сколько тебе надо на сей раз?
– У вас, папа, все упирается в деньги, – рассмеялась Людмила. – Мне действительно просто захотелось вас увидеть. Настя! – громко проговорила она. – Принеси мне кофе с молоком.
– Кстати, насчет Насти, – сказал он. – Еще раз услышу, что ты угрожаешь выгнать ее, ты здесь больше не появишься. Надеюсь, я ясно выразился?
– Помните, Аркадий Владимирович, – усевшись в кресло, Людмила закинула ногу на ногу, – вы привезли из Афганистана алмаз, он еще у вас?
– А почему тебя это интересует? – сухо спросил он.
– Вы знаете меня, папа, – вздохнула Людмила, – я никогда не читаю газет и не смотрю новости…
– Давай о том, почему ты пришла, – перебил ее профессор.
– Один мой знакомый, – спокойно продолжила Людмила, – случайно упомянул о неком камушке, о таком небольшом алмазе, который…
– Пошла вон, – сдержанно проговорил профессор. – И никогда больше не появляйся.
– Даже так, – усмехнулась она. – Значит, мне сказали правду. Ладно, – поднялась она. – Просто тебе бы, папа, предложили очень хорошую сумму. А ты зачем-то бережешь его.
– Я давно продал алмаз, – сдержанно ответил профессор. – Иначе на что бы я купил загородный дом, джип твоему сыну и постоянно давал бы тебе деньги, – вздохнул он. – Увы, но на мою пенсию всего бы этого не было. Так что извините меня, Людмила Павловна, – улыбнулся он, – но вы зря пообещали своему любовнику…
– Я никому ничего не обещала, – перебила его Люда. – Просто он начал говорить о камне бессмертия, и я вспомнила о твоем камне, папа. Поэтому и пришла. Я знаю, что ты одержим разного рода…
– Я продал алмаз полтора года назад, – перебил ее он. – Сначала жалел, потом понял, что поступил правильно. Именно на эти деньги я и купил Славе машину, а себе загородный дом. Еще год-полтора и я оставлю квартиру внуку и перееду в Подмосковье. И буду доживать свой век там, – закончил профессор.