– Жаль! – воскликнул худой. – А все могло быть по-хорошему. Зря ты так, умник, – усмехнулся он. – Последний раз по-хорошему спрашиваю. Где камушек?
– Не знаю я, – снова заплакал Вениамин.
– Ну, значит, скажешь по-плохому, – проговорил худой.
– Горелов, – заглянул в комнату рябой парень, – Вождь на проводе.
– Ты подумай, – посоветовал Вениамину Горелов и вышел. Богатырев встал и метнулся к окну. И всхлипнув, вернулся на кровать. На окне была решетка.
– Я думал, – произнес в трубку Горелов, – что…
– Ты меньше думай, – недовольно посоветовала Полина. – Он у вас, и надо вытрясти из него информацию, а ты зачем-то оставляешь записку его родным. Узнавай у него адрес, и все, – требовательно проговорила она. – А там решим, как с ним быть. Понял?
– Да он плачет, как ребенок, – криво улыбнулся Горелов. – И говорит, что просто пошутил. А если его под пресс пустить, он крякнет. Так что…
– Нужен адрес, – перебила его Полина. – И чем быстрее у тебя это выйдет, тем лучше. И для тебя тоже. – И телефон с той стороны отключился. Горелов выматерился.
– Где он? – спросил севшего в машину Белова Бурин.
– Давай прямо, – кивнул Сергей. – «Вольво» синего цвета. Догоним.
– Хорошо, – кивнул коренастый небритый мужчина в куртке. – Так и сделаем. Но…
– Ты плохо понял? – прервал его шипящий мужской голос.
– Извините, Вождь, – поспешно проговорил коренастый. – Я все понял, и мы сделаем все, как вы сказали.
– Слушай, щенок, – ухватив Вениамина за волосы, процедил Горелов. – Или ты скажешь нам адрес, или тебе будет очень больно. Ты написал, что знаешь адрес. Назови его и получишь три тысячи евро. И все, – отпустил он волосы парня. – Ну?
– Я не знаю, – плача, проговорил Веня. – Честное слово, не знаю. Я просто…
– Вот что, придурок, – шлепнул его по левой щеке ладонью Горелов, – у тебя час на раздумье. Через час, если я не услышу адреса, тебе будет очень и очень больно. Я думал, ты все-таки умнее, и мы сумеем договориться по-хорошему. Но выходит, что нет. Я вот чего не пойму, – покачал головой Горелов, – какого хрена ты из себя героя строишь? Мы же тебя придавим малехо, и запоешь соловьем. Короче, думай, парень, – уже по-доброму посоветовал он. – Может, хочешь чего? Так говори, – кивнул Горелов. – Принесут все, что скажешь. Ну…
– Я домой хочу, – всхлипнул Веня.
– Знаешь, – усмехнулся Горелов. – Тебе двадцать пять лет, а ты словно пацаненок маленький. У тебя красный диплом…
– Отпустите меня, – попросил Богатырев. – Я, честное слово, ничего не знаю. Я просто пытался камни найти и подумал, что нужно сообщить, как будто я знаю, где есть такой камушек и обязательно кто-то отзовется. Ведь наверняка кто-то что-то знает об этом. Вот я и…
– Под дурака косишь, – усмехнулся Горелов. – Ну ладно. Через час запоешь по-другому.
Коренастый вылез из белой «десятки» и, кивнув водителю, пошел к дому. «Десятка» тронулась. Напротив дома остановилась «Нива». Из нее выскочили Белов и Бурин и бросились к дому. «Нива» рванулась вперед.
Коренастый подошел к крыльцу и, услышав скрип снега под ногами бегущих, развернулся. Увидел двоих мужчин.
– Чего вам? – Он сунул руку в боковой карман дубленки.
– Ты чего, Петька?! – весело закричал Белов. – Мы ж из Тулы прикатили. Ты…
– Чего надо? – вытащил руку коренастый.
– Не на улице же говорить, – подошли к нему Белов с Буриным. Петр, отскочив, снова сунул руку в карман. Удар ноги в лоб сбил его на снег.
– Ловко у тебя это, – отметил Белов. – Узнал он нас, – подскочил он в лежащему.
– Вы кто? – открыв дверь, испуганно спросила полная женщина. – Я милицию вызову.
– Да не дури ты, Светка, – остановил ее Белов. – Перебрал твой Петруха. Давай в дом его.
– А вы кто? – непонимающе спросила она.
– Из Тулы, – поднимая Петра с помощью Александра, ответил Белов. – Куда нести-то?
– А что у него на лбу? – шагнула ближе женщина. – У него… – Бурин коротко рубанул ребром левой ладони ей по шее и подхватил падающее тело.
– Жива? – затаскивая Петра в дом, спросил Белов.
– А как же, – подхватив ее на руки, поднялся по ступенькам Александр. Сергей заволок не приходящего в сознание Петра на кухню. Туда же Александр занес женщину.
– Фуу, – выдохнул он. – Тяжелая свиноматка. И что дальше?
– Сейчас узнаем, в какие игры они играют, – связывая руки Петра его же ремнем, кивнул Белов. Бурин заклеил рот женщине скотчем.
– А если у нее насморк? – спросил Белов.
– Нет у нее никакого насморка, – возразил Бурин.
– Кто вы? – промычал Петр.