– Конечно, буду жить у вас, – стараясь подбодрить старика, весело проговорила она. – А сейчас давайте поужинаем. Я есть очень хочу, – улыбнулась Евгения.
Москва
– Господи, – вздохнула Лида. – Конечно, об этом даже подумать никто не мог. Хотя, – она потянулась и, смущенно улыбнувшись, оглянулась. Но сидевшие в зале люди были заняты своим, кто-то читал и делал пометки, другие листали журналы. – Хотя это мое предположение, – прошептала Лида. – Но мне оно кажется абсолютно верным. Не может быть таких совпадений.
«А может, он действительно дает бессмертие?» – разглядывая алмаз в бархатной коробочке, думал Зудин. – Может, мне тоже простуду вылечит? – чихнув, предположил. – За те деньги, которые за него предлагают, можно вылечить, пожалуй, все, что угодно, и еще останется. Хотя чушь, наверное, про бессмертие-то. И что-то не помогает он мне, камушек этот. Может, солнце нужно? – Он посмотрел на заледеневшее окно. Положил алмаз в коробочку и закрыл ее. Вздохнул. Вытащил из коробки сигару. Отрезав кончик, сунул ее в рот и щелкнул зажигалкой. Не прикурив, положил сигару обратно. – Кажется, зря я в это дело влез, – прошептал Вадим Константинович. – Трачу деньги, нажил врагов, потерял сына. Сын, – прищурился он, – Антон приехал ради камня. Он был в Германии, – вспомнил он. – Вернулся из Африки и остановился в Германии. Не хотел приезжать, а тут заявился. Стоп, – кивнул он. – Иволгин был в Турции и говорил, что встретил там знакомого Антона. Черт. Наверняка поведал о Монголии, и Антон приехал. Стоп, – снова буркнул он. – А ведь он сразу начал говорить про камень и столько наговорил, что я и то не знал. Получается, Антон на кого-то работал. Понятно, – покачал он головой. Нажал кнопку внутренней связи.
– Слушаю, Вадим Константинович, – сразу отозвалась Рената.
– Срочно Иволгина ко мне, – требовательно проговорил он. – И зайди ко мне. – Он отключил связь. – Похоже, сынок, нам с тобой поговорить надо, – пробормотал он.
– Погоди, – непонимающе говорил в телефон Тарасюк. – Я что-то не пойму, при каких тут твой батя? Ты, собственно, где есть-то? – недовольно спросил он. – Я жду…
– Я навещу папу, – услышал он насмешливый голос Наташи.
– Какого папу?! – заорал он. – Ведь ты должна была у знакомого отца…
– Да все я купила, – услышал он. – И отправила. Я успею прилететь и товар встречу. Просто вот что я узнала, – торопливо проговорила она. – Мне дядя Степан кое-что рассказал про… Да скоро вернусь, – весело продолжила она. – Мишка это, – услышал он. – Беспокоится.
– Дай-ка поздороваюсь, – услышал он голос Евгения.
– Миша, с тобой братик поговорить хочет.
«Что там еще за секреты?» – подумал он.
– Миха, ты? – раздался в трубке веселый голос.
– Нет, Тарасюк, – возразила Лида. – Что-то ты, как всегда, не договариваешь. А я умница, – улыбнулась Лидия. – Вообще-то я Мишке благодарна за толчок. Я, кажется, нашла еще один камень. Съездить бы в Иран. Когда-то он назывался Персией. Я просто умница, – вздохнула Лида. – Но как Тарасюк узнал про все это? – удивленно прошептала она. – Обратился он ко мне, понятно почему. Я занималась этим. Хобби, – улыбнулась Лидия, – переводчицы самоучки Лидии Николаевны Березиной. Ладно, – посмотрела она на часы, – поеду домой. Приму душ и за компьютер.
– Как он, доктор? – спросил Фантом. – Транспортировку выдержит?
– У него переломы, – пересчитывая деньги, проговорил врач. – Ну и на морде царапины и ссадины. На лбу…
– В общем, его можно увозить, – кивнул Фантом. – Берем господина, – усмехнувшись, кивнул он четырем парням. – И поаккуратнее с раненым, – подмигнул он врачу.
– Да ничего такого не было, – рассказывал Иволгин. – Видел я там Лубина. Говорили с ним. Вспоминали Антона. Но неужели вы думаете, я бы сказал о камне? – Он качнул головой. – Плохо же вы про меня думаете, Вадим Константинович. Скорее всего ваш сын связан с немцами, которые послали Койота. Сам Отто не мог сказать фрицам про это. Койот решил за одно и то же получить дважды. Нас бы он кинул, а немцам…
– А это похоже на правду, – пробормотал Зудин.