— Отмечаю время для своего счета, — пояснил он с холодной улыбкой. Кертис сел, глядя на меня и сложив на коленях узкие с длинными пальцами ладони. Я заметил на лице Сэма смущение.
— Предлагаю взять быка за рога, — начал я. — И, что называется, не заговаривать друг другу зубы.
— Благодарю вас, — кивнул юноша.
— Мы находимся здесь в связи с обвинениями, выдвинутыми Майклом Кафхиллом, да упокоит Господь его душу. Побывав в этом доме в начале этого года, он обнаружил, что вам здесь причиняется великое зло. Имеете ли вы какое-то представление о том, что он подразумевал под этими словами?
— Нет, сэр, — ответил Хью, глядя мне прямо в глаза.
На губах моего оппонента появилась победоносная улыбка.
— Ну что ж, — проговорил я, — посмотрим. Расскажите мне, что вы помните о том времени, когда вместе с сестрой попали в опеку?
— Очень немногое. Мы были настолько убиты горем, что едва замечали происходившее вокруг нас. — Невзирая на эти слова, интонация Кертиса осталась лишенной каких-либо эмоций.
— Майкл Кафхилл был тогда больше года вашим учителем. Вы дружили с ним?
— Я любил и уважал его. Не скажу, чтобы мы были друзьями.
— Вам было известно о том, что Майкл пытался помешать мастеру Хоббею добиться опеки над вами?
— Мы знали о том, что были какие-то разногласия. Однако нам было все равно, в какую семью идти.
— Но вы были едва знакомы с Хоббеями.
Молодой человек пожал плечами:
— Мы знали, что они — друзья отца. Как я уже сказал, нам было все равно.
— Вы хотели тогда, чтобы Майкл Кафхилл оставался с вами?
Мой собеседник на мгновение задумался:
— Он был добр с нами. Но мы с Эммой тогда думали только друг о друге. — Голос его дрогнул, и Хью стиснул кулаки. Мне было жаль причинять ему боль расспросами, тем более что мальчик так старался не показывать ее. — Мы с Эммой могли общаться одними взглядами, без слов, как если бы нас переносило в собственную, принадлежащую нам одним сферу мира.
— Мы расстраиваем мастера Кертиса, — вступил в разговор Дирик. — Возможно, было бы лучше отложить…
— Нет! — с внезапной яростью возразил юноша. — Я хочу закончить это дело и забыть о нем.
Я кивнул:
— Тогда могу ли я спросить, Хью, насколько хорошо обращались с вами и сестрой мастер и мистрис Хоббей?
— Они предоставляли нам хорошую пищу и одежду, кров и воспитание. Однако никто не может заменить тебе собственных родителей. Никто не мог так остро ощутить эту потерю, как мы с Эммой. Мне хотелось бы, чтобы люди поняли это.
— Это вполне понятное чувство, — согласился Винсент. Допрос этого свидетеля складывался в его пользу.
— Последний вопрос о вашей бедной сестре, — продолжил я. — Майкл Кафхилл утверждал, что вы подрались с Дэвидом из-за каких-то неподобающих слов, сказанным им вам.
Кертис напряженно и невесело улыбнулся:
— Дэвид всегда говорит всякие неуместные слова. Но вы же встречались с ним! Однажды он обратился с грубым предложением к Эмме. Я ударил его за это, и он усвоил урок.
— А были ли между вами разговоры о том, что Эмма может выйти замуж за Дэвида?
В глазах Хью на мгновение проскочила свирепая искра:
— Этого просто не могло быть. Он не нравился Эмме.
— Но теперь вы с Дэвидом стали друзьями?
Парень пожал плечами:
— Мы вместе охотимся и стреляем из лука.
— Мать Майкла Кафхилла сказала, что это Майкл научил вас с сестрой натягивать тетиву.
— Да. И я благодарен ему за это.
— И все же мастер Хоббей отказал ему от дома. Он сказал, что боялся возникновения неподобающих отношений между вами.
Выдержав мой взгляд, Хью неторопливо покачал головой:
— Между нами не было ничего неподобающего.
— Однако мастер Хоббей, должно быть, полагал, что имеет для этого достаточные резоны, — вмешался в разговор Винсент.
— Быть может, мастеру Хоббею показалось, что он что-то видел. Однако у меня нет обвинений в отношении Майкла Кафхилла. — Кертис посмотрел на Дирика, и на сей раз в его глазах читался вызов.
— Но возможно, вы не стараетесь вспомнить это, — предположил тот.
— Мне нечего вспоминать.
— Я думаю, вопрос этот ясен, брат, — вмешался я. — А теперь, Хью, скажите вот что: после Майкла у вас были другие учителя. Они приходили и уходили?
Молодой человек пожал плечами:
— Один из них женился. Другой отправился путешествовать. И не могу сказать, что Дэвид облегчал их жизнь.
— A потом, на эту Пасху, Майкл внезапно объявился и подбежал к вам в саду?
Хью ненадолго задумался, глядя себе на ноги.