Тут один из слуг выкрикнул предупреждение, и мы выехали на обочину, пропуская две большие телеги, груженные ящиками, полными железных пушечных ядер. Из Сассекса, подумал я, хлеб для орудий Портсмута.
— Надо попробовать проехать цепочкой, — предложил Дирик. — Иначе мы будем плестись за ними целый день. — Выстроившись друг за другом, мы осторожно проехали мимо телеги. Я оказался позади Хью. Глядя на его взрытую оспинами шею, я подумал, что отдал бы шкатулку с золотом, чтобы узнать, что именно творится в этой голове. Когда мы обогнали телеги, я снова подъехал к нему.
— А ваш друг, капитан стрелков, — спросил юноша, — тоже будет в Портсмуте?
— Полагаю, что так. — Я посмотрел мимо него на его опекуна. — Мастер Хоббей, после того, как мы повстречаемся с сэром Квинтином Приддисом, мы с Бараком задержимся, чтобы отыскать своего друга.
Николас наклонил голову:
— Как вам угодно. Однако хочу предостеречь: теперь Портсмут не блещет изысканными манерами, город полон солдат и матросов.
— А мне хотелось бы повстречаться с вашим другом, — проговорил Хью.
— Нет, — решительно заявил Хоббей-старший.
— Не думаете ли вы, что я воспользуюсь случаем и убегу к солдатам? — с насмешкой проговорил его подопечный.
Николас повернулся к нему и с неожиданной резкостью и решительностью объявил:
— Если ты попытаешься сделать это, я обращусь к властям за тем, чтобы они немедленно вернули тебя. Вот будет тогда у тебя видок перед отважными солдатами!
Кертис повернулся ко мне с насмешливой полуулыбкой:
— Мастер Шардлейк поможет вам.
— Безусловно, — согласился я без колебаний.
Мы ехали молча. По мере приближения к гребню холма подъем становился все круче. Чуть не добравшись до вершины, мы свернули налево и, проехав так примерно милю, пересекли небольшой городок и остановились возле большой ветряной мельницы. Наконец мы поднялись на самый гребень холма, и я затаил дыхание при виде открывшейся перспективы.
Перед нами раскинулась сложная панорама, составленная из суши и моря. Холм круто опускался к плоской равнине, охватывавшей колоссальную бухту, к самому узкому из устьев, открывающихся в Солент, зеленый и коричневый остров Уайт за ним. Под полуденным жаром бухта блестела, как серебряное зеркало. Прилив отступил, обнажив илистое бурое мелководье. Прямо под нами, в самом углу бухты, располагался огромный двор, огороженный зданиями, сложенными из белого камня, — как я понял, Портчестерский замок. Дальше к западу открывался другой широкий залив, другие песчаные отмели.
Старший Хоббей проследил за направлением моего взгляда:
— Это Лангстонская гавань. Она слишком мелка для больших кораблей. Между Лангстонской и Портсмутской гаванями находится остров Портси.
Я посмотрел на клин земли, разделявший оба залива. На юго-западной оконечности острова, почти у входа в гавань, различалось темное пятно, должно быть, представлявшее собой Портсмут. В Портсмутской гавани располагалось множество кораблей. Отсюда, с высоты, они казались просто крошечными, однако несколько судов, не спустивших с мачт белые паруса, явно были очень большими. Военные корабли. На якоре в Соленте стояло еще больше военных судов, четыре или пять десятков, размером от крошечных до огромных.
— Флот, — завороженным голосом проговорил Дэвид. — Собравшийся ради встречи короля.
— И французов, — трезвым голосом добавил Барак.
Хью посмотрел на меня с улыбкой:
— Приводилось ли вам видеть подобное зрелище?
— Нет, — ровным голосом ответил я. — Никогда не приводилось.
— Те корабли, что стоят в Соленте, находятся на глубокой воде. Здесь много отмелей: если повезет, французы не сообразят, где находятся, и рассядутся по мелям, — усмехнулся Кертис.
— Их поведут собственные лоцманы, такие же, как у нас, — нетерпеливым тоном заметил Николас.
Я обратился к нему:
— Вот уж не ожидал, что Портсмутская гавань окажется такой огромной и что в ней окажется столько илистых отмелей!
— Возле устья гавани глубокая вода, — пояснил старший Хоббей.
— Если потребуется, сюда сможет войти весь флот, я в этом не сомневаюсь, — с гордостью проговорил Дэвид. — А пушки по обоим берегам гавани удержат французов вдали.
Посмотрев вдоль длинного гребня Портсдаунского холма, я понял, что он представляет собой часть длинной цепи холмов Саут-Даунс. И повсюду, насколько мог видеть взгляд, виднелась цепь маяков, причем возле каждого находился караул. Справа от меня оказалось большое скопление солдатских палаток.