— Прогоните их оттуда! — кричал Николас Снодину в большем гневе и волнении, чем когда бы то ни было. — Прикажите своим людям немедленно прекратить стрельбу!
— Но им приказано тренироваться, — пробасил в ответ герольд, — это требование самого сэра Франклина Гиффарда. — Заметив нас с Ликоном, он указал движением мясистой руки. — Вот, если хотите, поговорите с мастером вице-капитаном.
Коротко кивнув Хоббею и Дирику, Джордж проводил взглядом другую стрелу, снова пущенную Хью прямо в раковину и снова разбившую ее. Николас вцепился в руку Ликона:
— Кажется, вы капитан этого сброда? Прогоните моих мальчишек со стрельбища! Они нарушают мой недвусмысленный приказ…
Мой бывший клиент оттолкнул его руку.
— Мне не до вас, сэр! — резким тоном проговорил он. — Мальчишки они или нет, но немногие из взрослых способны так натягивать лук и так попадать в цель. Они очень хорошо подготовлены.
— Из них получатся отменные рекруты, — насмешливо промолвил Снодин. — Особенно из того, что повыше.
— Наглый пес! — возмутился Хоббей-старший.
В разговор вступил Дирик:
— Капитан Ликон, в городе нам назначена встреча с хэмпширским феодарием. Мы опаздываем. — Он посмотрел на ворота. Препятствие было уже устранено, и телеги медленной вереницей втягивались внутрь. Клетка с быком оказалась уже перед самыми воротами.
— По-моему, будет лучше, если вы подзовете Хью и Дэвида, — обратился я к Джорджу.
— Для вас, мастер Шардлейк, безусловно. Вежливость у вас в крови, — улыбнулся вице-капитан и крикнул лучникам: — Прекратите стрельбу! А вы, двое юнцов, подойдите сюда!
Кертис неохотно вернул лук его обладателю, после чего они с Дэвидом подошли к нам. Ликон улыбнулся обоим:
— Хороша работа, парни. Отличная стрельба. — Он посмотрел на Хью. — Ты попал в центр мишени два раза подряд, молодой человек.
— Мы практикуемся каждый день. — Воспитанник Хоббеев смотрел на Джорджа едва ли не с благоговением. — Сэр, а нам удастся отразить французов?
— Тебе уж точно не удастся! — Все еще не успокоившийся опекун схватил его за плечо. Дэвид вздрогнул и попятился с явным выражением испуга на лице. Итак, он вовсе не забыл про вчерашнее…
Кертис повернулся к Николасу с покрасневшим от гнева лицом:
— Отпустите меня!
Какое-то мгновение мне казалось, что он вот-вот ударит опекуна.
— Хью, — негромко проговорил я.
К моему облегчению, юноша сбросил с плеча руку старшего Хоббея и направился к лошадям.
— До встречи, — проговорил я, обращаясь к Ликону. — Прости за это недоразумение.
Капитан кивнул.
— Возвращаемся к делу, чертяки! — крикнул он солдатам.
Вновь усевшись на коней, мы поехали к воротам. Ликон и Ллевеллин уже вошли к этому времени в башню. Караульные солдаты вновь спросили нас о нашем деле в городе, после чего пропустили нас внутрь. Проезжая через барбикан к солнечному свету, я услышал доносящийся изнутри ровный бой барабанов.
Глава 26
Внутри городских стен Портсмут еще больше походил на замок. Город со всех сторон был окружен земляными стенами, постепенно сравнивавшимися изнутри с землей, где клали дерн, чтобы валы не оплывали. Внушительная доля огороженной стенами территории была отведена под ярмарочные площади, а сам городок оказался на удивление небольшим. Лежавшая пред нами улица была единственной полностью обстроенной лавками и домами. Вторые этажи домов получше выступали над улицей. Я заметил одну-единственную церковь, находившуюся ближе к морю, на квадратной башне которой виднелся еще один сигнальный фонарь.
— Это Хай-стрит, — проговорил Николас. — Мы встречаемся с мастером Приддисом в новой ратуше, которая посреди города.
Несчетные повозки превратили немощеную улицу в пыль, воздух был полон тяжелого и липкого пивного запаха. Мы проехали мимо усталых работников, босоногих матросов в шерстяных рубахах и солдат в круглых шлемах, раздобывших, по всей видимости, пропуск в город. Хорошо одетый торговец с кружевным воротником на рубашке прижимал к носу ароматический шарик, ехавший возле него клерк на ходу выкрикивал числа из списка… Как и многие другие, торговец придерживал второй рукой мошну на поясе.
Около открытых лавок шумно торговался народ. До слуха моего со стороны прохожих доносился сущий Вавилон языков: валлийский и фламандский соседствовали с испанским. На каждом углу стояли небольшие группы солдат в полупанцирях и с алебардами, наблюдавшие за прохожими. Невольно вспомнились те напавшие на меня парни с угла… Городской глашатай, великолепный в своем красном мундире, расхаживал взад и вперед, звоня в колокольчик и выкрикивая: