— Эта маленькая бухта называется Камбер, — сказал мастер Николас. — Смерть господня, как же от нее сегодня разит!
— Болотная грязь, вот что это за место, — добавил Кертис.
— Если мы доедем до противоположного конца, то сможем увидеть корабли, они тут недалеко, — проговорил его опекун. — Так что поехали.
На поездку по Устричной улице ушло несколько минут. Городская стена продолжалась вдоль находившейся напротив нас восточной половины и заканчивалась в высокой округлой башне, усаженной тяжелыми орудиями. Устричная улица была полна лавок и таверн. Возле них стояли работники, пившие пиво. Мы аккуратно проехали мимо солдат и матросов, а также возчиков и работников и многочисленных торговцев, занятых оживленным спором. В дальнем конце улицы округлая полоска земли заканчивалась узким выходом в море. Напротив него, в конце Устричной улицы находилась широкая каменная пристань, окруженная складами. Подъехавшие снаружи телеги немедленно разгружали, а затем другие грузчики выносили эти припасы и складывали их на небольшие шлюпки.
Мы подъехали к пристани мимо группы хорошо одетых купцов, обсуждавших с каким-то чиновником цены на сухари. Внимание Хью привлек длинный, чуть изогнутый ящик, который осторожно несли к шлюпке двое работников.
— Длинные луки, — проговорил молодой человек с легкой завистью.
Мы остановились чуть позади причала, там, где под стенами города проходила дорожка. Отсюда через узкий вход в гавань нам открывался вид на берег Госпорта. Там находились еще несколько фортов, вооруженных мощной артиллерией.
Хью махнул рукой в сторону широкой панорамы:
— Смотрите, мастер Шардлейк, гавань со всех сторон защищена артиллерией, от Круглой башни до фортов Госпорта.
Однако внимание мое было привлечено зрелищем, еще более необычайным, чем то, которое мы видели в Портсмутской гавани, — выросшим над Солентом лесом высоких мачт. Там находилось, наверное, больше сорока кораблей, величиной от колоссальных до не очень больших, примерно в треть длины тех, которые мы видели в гавани. Верхняя часть бортов самых крупных судов была разрисована щитами и прочими эмблемами, а палубы их щетинились пушками. Один из кораблей сворачивал свои гигантские паруса, и несшийся над водой барабанный бой подгонял трудившихся на реях матросов.
На наших глазах к ним помчалось вдоль по Соленту необычное судно. Длиной почти в две сотни футов, оно располагало всего одной мачтой. Парус был убран, и в движение его приводили две дюжины огромных весел по каждому борту. На носу находилась большая пушка, a на корме был устроен навес, украшенный блестевшей на солнце золотой тканью. Там же стоял надсмотрщик, отбивавший ритм на барабане. Я видел головы гребцов, раскачивавшиеся взад и вперед.
— Иисусе, а это еще что такое?! — изумился Дирик, впервые заговорив притихшим голосом.
— Я слышал, что король построил огромную галею, — ответил Николас. — И называется она «Галея Искусная».
Я вспомнил, что, по словам Ликона, у французов таких галей насчитывалось две дюжины.
— Она прекрасна, — негромко промолвил Хью. Тем временем огромная галея изменила курс, направившись мимо стоявших на якорях кораблей к входу в гавань и оставляя за собой длинную ленту кипящей белой пены.
— Вот, Шардлейк, — проговорил Винсент. — Будет вам теперь что рассказать своим друзьям в Лондоне, когда вы вернетесь домой. Быть может, это зрелище послужит вам компенсацией за расстройство, с которым вы увидите перечень моих расходов!
— Если мы вернемся домой, — проворчал себе под нос Барак.
Хоббей-старший повернул коня:
— А теперь, мальчики, пора возвращаться в Хойленд.
— А это обязательно? — поинтересовался Дэвид.
— Да. Мы можем проехать по одной из боковых улиц, там спокойнее. До скорой встречи, мастер Шардлейк. — Николас в упор посмотрел на меня. — Как недавно сказал Винсент, вы имели возможность убедиться в том, как сэр Квинтин Приддис относится к этому делу. Надеюсь и рассчитываю на то, что ваше расследование завершится в понедельник. Поехали, ребята!
Хоббей-старший и его люди отъехали, оставив нас с Бараком на дороге.
— Должно быть, уже почти двенадцать, — проговорил я.
— Тогда поехали. — Вид кораблей, похоже, взволновал моего клерка. Мы направились в сторону пристани.
— Хоббей так нуждается в этой охоте, — заметил я вслух. — Тем не менее Абигайль сказала, что охота опасна. И мы до сих пор не знаем, почему…
Джек перебил меня резким и полным тревоги тоном: