— На мой взгляд, на этой делянке дуба больше, чем указано в отчетах.
— И что свидетельствует об этом? — резким тоном спросил Эдвард.
— Тот факт, что в не вырубленном лесу к югу отсюда дубов много больше.
— Почва здесь и дальше может оказаться различной.
— Она совершенно одинаковая, в чем я имел возможность убедиться, проезжая здесь несколько дней назад.
— В тот самый день, когда в вас стреляли из лука? — Мой спутник с интересом посмотрел на меня.
— Да. Все тогда говорили, что это какой-то браконьер. Но сегодняшний день заставил меня усомниться в этом.
— Безумец, скрывающийся в этом лесу, — предположил Приддис и задумчиво посмотрел на далекую кромку леса.
— Сэр Люк, похоже, уже обзавелся собственным подозреваемым, — вздохнул я.
— Он мог ошибиться. Быть может, кто-нибудь из дезертиров прячется в этой чаще. Сперва он попытался убить вас, а потом наткнулся на несчастную мистрис Хоббей. Возможно, он хотел ограбить ее.
— Не думаю, чтобы у нее был при себе кошелек. Родственники это заметили бы.
— Впрочем, надеюсь, вы простите меня, если я скажу, что мне хотелось бы провести нашу инспекцию по возможности быстро, — сменил тему мой собеседник.
— Здесь открытое место, и от деревьев стреле сюда не долететь. Предлагаю проехать по вырубке и посмотреть на количество дубовых пней.
— Если вы настаиваете. — Эдвард посмотрел на линию деревьев, находившуюся примерно в пятистах ярдах от нас. Он нервничал, и я подумал, что, наверное, гордость заставила его согласиться на предложение отца все же поехать с осмотром. Мы двинулись вперед, уделяя все внимание управлению лошадьми.
— Насколько я понимаю, ваша семья родом из окрестностей Рольфсвуда, — проговорил я непринужденным тоном. Следовало проверить, не удастся ли что-нибудь выяснить через моего спутника. Эдвард Приддис — человек явно умный и владеющий словом, однако я ощущал, что он лишен той силы, которая была присуща характеру его отца.
— Это так, — подтвердил он. — Впрочем, став хэмпширским феодарием, мой отец перебрался в Винчестер.
— И вам случается бывать там?
— Нет. После смерти матери десять лет назад, упокой Господь ее душу, я там не бывал. В тех краях жило ее семейство. А разве у вас есть там родственники, сержант Шардлейк? Не припомню, чтобы прежде слышал вашу фамилию.
— У меня есть клиент, предполагавший, что у него может быть родня в Рольфсвуде. Он просил меня съездить туда и посмотреть, не удастся ли кого найти. Я и съездил туда несколько дней назад.
— И нашли их? — поинтересовался Эдвард с приятной улыбкой, по-прежнему глядя на меня проницательным взглядом.
— Нет, но я заночевал там и узнал о трагедии, происшедшей в этом городке девятнадцать лет назад. Тогда начисто сгорела плавильня, а ее хозяин погиб вместе с одним из своих помощников. Дочь его в результате всего этого сошла с ума. Фамилия их была Феттиплейс — именно этих людей и разыскивал мой клиент. Насколько мне известно, ваш отец был тогда здесь коронером.
Эдвард задумался:
— Было что-то такое. Но тогда меня не было здесь, я начинал учиться в Кембридже. Прежде чем поступить в Грейс-инн, я получил там степень, — с гордостью добавил он. — Но помню, что мой отец каким-то образом помогал сошедшей с ума девушке.
— Достойный поступок, — нейтральным тоном прокомментировал я. Ну да, промелькнуло в моей голове, я успел достаточно познакомиться с твоим отцом, чтобы понять, что в душе его не найдется ни капли милости к ближним. Я вспомнил рассказ преподобного Секфорда о том, как Приддис распоряжался насильственным извлечением Эллен из казавшегося ей безопасным уголка.
— Он не такой жесткий человек, как о нем думают люди, — сухо промолвил Приддис-младший. — Просто ему приходится исполнять трудные дела.
— Там мне рассказывали еще об одном семействе, которое вы должны знать. Об Уэстах.
— O, да, они там — важные землевладельцы! Мистрис Уэст всегда правила всем курятником вокруг Рольфсвуда. Так вы встречались и с ней?
— Я только слышал о ней и о ее сыне. Теперь он — офицер королевского флота. Филип Уэст. Примерно ваш ровесник, кстати.
— В детстве я раз или два встречался с ним. Однако я редко бывал в этом городке после того, как поступил в Кембридж. А вы, брат Шардлейк, подробно ознакомились с теми краями!
— Мне было интересно.
Эдвард остановил своего коня и обвел взглядом ландшафт:
— По правде сказать, сэр, на мой взгляд, невозможно установить, какие деревья росли здесь прежде. Старые пни утонули в подлеске. И мы приближаемся к краю леса сильнее, чем это устраивает меня.