— Солдатам и матросам придется вместе сражаться в одной и той же баталии. Если она произойдет.
— Говорят, что через два или три дня. — Глаза Джорджа вновь приобрели отстраненное выражение. — Нам сказали, что нашу роту придадут «Грейт-Гарри». Флагман всегда будет находиться впереди флота. Люди и без того приуныли, a тут еще Снодин шпыняет их за каждое недовольное слово. На корабле он не может пить целый день, и это пагубно сказывается на его норове.
Он вздохнул и вернулся к прежней теме:
— Итак, Мэтью, о каком одолжении идет речь?
— Джордж, я не стал бы беспокоить вас, если бы дело не было важным. Речь может идти о жизни женщины. Мне нужно еще раз поговорить с Филипом Уэстом, с которым я встречался в Божедоме. — Я глубоко вздохнул. — Он находится на «Мэри-Роз». Мне нужно знать, можете ли вы сегодня же вечером доставить меня на борт этого корабля, чтобы я мог переговорить с ним.
Ликон посмотрел на меня с сомнением:
— Мэтью, сейчас на корабли пускают только по служебным делам.
Он повернулся к морю. На больших лодках зажгли фонари, и маленькие точки света плясали на воде. Заходящее солнце вычерчивало черные силуэты судов на своем золотом фоне.
— Пожалуйста, — попросил я. — Это важно.
Капитан задумался:
— Подкупить лодочника, чтобы он отвез вас на «Мэри-Роз», легко, однако попасть на борт окажется много труднее, даже если там буду я. А без меня вас туда просто не пустят. Но хорошо, попробуем. Только надолго задержаться здесь я не смогу, мне нужно вернуться в лагерь. Люди приуныли, а им надлежит завтра утром бодро пройти перед королем.
Он смахнул со щеки комара: теперь, с наступлением темноты, они уже начали наполнять своим жужжаньем наш слух.
— Джордж, я просто не могу выразить свою благодарность словами! — воскликнул я.
— Но сначала мне нужно дождаться остальных людей вместе с сэром Франклином. Тогда он отведет их назад в лагерь…
Капитан умолк на полуслове. За углом здания не видимый нашему глазу Снодин зашелся в отчаянном крике:
— Встать! Встать, ленивые скоты!
— Смерть господня! — пробормотал Ликон. — Он вот-вот зайдет слишком далеко.
Он быстрым шагом направился вокруг складского сарая, и мы с Бараком последовали за ним. Оказалось, что многие из солдат повалились на землю, и Снодин яростно распекал их:
— Ленивые ублюдки! Вставайте! Вы не у себя дома, на грязной постели!
Никто не шевельнулся, и только Стивен Карсвелл попытался возразить мучителю:
— Мы устали! Почему нам нельзя отдохнуть?
— Капитан приказал вам ждать, а не валяться на земле, словно сраные жабы! — Герольд уже совершенно вышел из себя, и его багровые отвисшие щеки тряслись от ярости.
Появление Ликона заставило всех повернуться в его сторону.
— Не стоит говорить с мастером Снодином подобным образом, Карсвелл! — отрезал он.
Поднявшись, Голубь ткнул трясущимся пальцем в герольда:
— Сэр, он весь день только и делает, что оскорбляет нас, а мы всего только и хотели, что отдохнуть после этого корабля!
— Испугался, лопоухий? — презрительным тоном бросил Угрюм.
Тут в перебранку включился новый голос:
— Если плавать на флагмане — такая честь, то пусть сам король послужит на нем!
Снодин, повернувшись, уставился на произнесшего это Тома Ллевеллина. Юноша, обычно столь тихий, смело встал перед герольдом:
— Пусть король Генри послужит за эти его шесть пенсов в день, которые нынче стоят меньше пяти пенсов!
— A давайте-ка по домам… уборка урожая уже на носу! — воскликнул еще один солдат. Снодин метался от одного говорившего солдата к другому, с такой быстротой, что кое-кто из военных расхохотался. Шагнув вперед, Ликон схватил герольда за плечо.
— Уймитесь, мастер Снодин, — проговорил он негромко. — Уймитесь.
Тяжело дыша, герольд замер на месте:
— Они должны быть готовы к сражению, сэр.
— И они будут готовы! — повысил голос Джордж. — Ладно, ребята, день выпал нелегкий, но мне и прежде приходилось бывать на кораблях, так что вы скоро научитесь соблюдать равновесие. И я распорядился, чтобы вам на ужин сегодня забили корову. А теперь встаньте, встречайте сэра Франклина. Видите, вторая половина роты уже высаживается на пристань!