Рич ничего не ответил. Лицо Екатерины вспыхнуло гневом:
— Вам понятно? Отвечайте своей королеве, невежа!
Ответ его прозвучал совсем негромко:
— Понятно, ваше величество.
— Еще один вопрос, — добавил я, и голос мой переполняла ненависть к Ричарду. — Он заставил меня написать завещание и хранит его экземпляр. Его следует уничтожить.
Королева повернулась к Уорнеру:
— Роберт, мастер Рич в течение часа доставит вам этот экземпляр, и вы лично его уничтожите.
Сэр Ричард смотрел на королеву загнанными, дергающимися глазами. Она ответила ему жестким взглядом.
— Будет исполнено, — ответил он.
— Хорошо. Тогда убирайтесь прочь. И впредь не попадайтесь мне на глаза.
Рич поклонился и попятился к выходу из комнаты. Оказавшись в дверях, он бросил на меня взгляд, без всяких обиняков говоривший, что, если мне когда-либо случится угодить в его лапы, меня ждет смерть, медленная и болезненная, осуществленная под его руководством.
Когда дверь за ним закрылась, я облегченно вздохнул. Уорнер также заметно расслабился. Лишь сама королева гневно смотрела на закрытую дверь.
Роберт отвел нас с Бараком к воротам Портчестерского замка. По пути он молчал, но при расставании негромко заметил:
— Королева может захотеть выдвинуть обвинения против сэра Квинтина Приддиса и его сына, однако я посоветую ей не делать этого. В таком случае дело Кертиса всплывет на поверхность, а это повредит Суду по делам опеки. Король ценит приносимый им доход, и я не хочу, чтобы ее величество спорила с ним.
— Я понимаю вас, — согласился я.
Адвокат глубоко вздохнул:
— И после всего этого, я полагаю, что будет много спокойнее, если королеве больше не придется наставлять вас в каких-либо делах.
Я кивнул:
— Учитывая то, куда ее завело это дело?
— Если вы любите ее так же, как и я, то оставите ее теперь в покое.
— Согласен, мастер Уорнер. И еще раз извините меня за несправедливое обвинение.
Кивнув, мой собеседник протянул мне руку:
— Прощайте, Мэтью.
— Прощайте, Роберт, благодарю вас, — сказал я и, помедлив, предупредил его: — Опасайтесь Ричарда Рича. Боюсь, я превратил его во врага королевы.
— Я не забуду об этом.
Я проехал рядом с Джеком по мосту через ров. Взгляд мой коснулся моря и вернулся обратно. Я глубоко вздохнул.
— Едем в Хойленд, — проговорил я. — А оттуда домой.
Повернув, мы поехали прочь от Портчестерского замка, удаляясь от моря.
Глава 50
Через два часа мы уже подъезжали по узкой дорожке к Хойлендскому приорству. Въехав в ворота, мы увидели дом. Цветы бедной Абигайль по большей части засохли, а на прежде опрятных лужайках выросла довольно высокая трава. Окна были закрыты ставнями, а мишени возле сестринского кладбища уже исчезли.
Еще недавно с облегчением вернулся на сушу, но тут, подъезжая к крыльцу, ощутил, что мягкая поступь коня вдруг уподобилась качке ненадежной палубы. Вцепившись в поводья, я остановил Нечета, и тяжело дыша, зажмурил глаза.
— С тобой все в порядке? — встревожился Барак.
— Да. Подожди минуту.
— Здесь Дирик.
Я открыл глаза. На ступенях крыльца в черном одеянии стоял Винсент, хмурившийся в нашу сторону. Вид его вернул мне силы: я не мог позволить этому человеку увидеть мою слабость. Дирик что-то крикнул через плечо в зал, и оттуда выбежал мальчишка, чтобы принять коней.
— Ну, вернулись, наконец, — произнес мой коллега своим скрипучим голосом, когда мы оказались рядом. — Прошло уже четыре дня. Мастер Хоббей вне себя от беспокойства. А где Эмма? Вы нашли ее?
Я невольно улыбнулся. Даже сейчас этот человек стремился казаться убедительным. Тем не менее я понимал, что он весьма встревожен и опасается, что может раскрыться все, что Хоббеи проделали над Эммой.
— Я нашел ее, Дирик. Однако она не захотела возвращаться со мной и убежала… я не знаю куда, — рассказал я.
— Мы слышали о гибели «Мэри-Роз», о нападении на остров Уайт…
— Французам не удалось захватить его. Но они по-прежнему торчат в Соленте, — ответил я.