— Да, сэр. Мастер Бротон? Это мой помощник, Барак.
— Вы по поводу семейства Кертис?
— Да.
— Итак, — промолвил наш новый знакомый, — им, наконец, хоть кто-то заинтересовался.
Священник провел нас в церковь. Внутри ее царила пустота, в которой откровенно зияли ниши, раньше вмещавшие статуи святых. Для прихожан были расставлены табуреты с лежащими на них обязательными новыми молитвенниками короля. Пригласив нас обоих сесть, Бротон опустился на табурет перед нами:
— Насколько я понимаю, вы — адвокат, сэр. Вы представляете интересы Хью Кертиса? Лишь он один остался в живых из этой несчастной семьи.
— Нет. Хью по-прежнему живет с мастером Хоббеем в Хэмпшире, — ответил я. — Я не встречался с ним. Жалобу на исполнение мастером Хоббеем обязанностей опекуна подал его прежний учитель, Майкл Кафхилл.
Священник улыбнулся:
— Помню этого молодого человека… настоящий джентльмен.
— Он был у вас недавно? — спросил я.
Бротон покачал головой:
— Нет, я не видел Майкла уже шесть лет. — Это был удар. Я надеялся на то, что Майкл бывал здесь в более недавние времена. — Как идут у него дела? — спросил викарий.
Я глубоко вздохнул:
— Майкл Кафхилл умер три недели назад. К моему сожалению.
Священник на мгновение прикрыл глаза:
— Да упокоит его душу на небесах Господь Иисус по милости своей…
— Перед самой своей смертью Кафхилл подал жалобу в Сиротский суд, в которой указывал, что над Хью Кертисом творится чудовищная несправедливость. По словам его матери, Майкл недавно посещал Хэмпшир и встречался с Хью.
— Господи, помоги нам! — проговорил Бротон. — И что же он обнаружил?
— В поданном им иске это не сказано. Но слушание состоится уже в понедельник. Я намереваюсь представлять на нем интересы его матери. И мне нужны свидетели, знающие обстоятельства этой опеки, сэр. Нужны срочно.
Собравшись с мыслями, викарий посмотрел мне прямо в глаза:
— Я знал, что опека эта весьма сомнительна. Джон и Рут Кертис много лет были моими прихожанами. Когда началась церковная реформа, они поддержали меня в стремлении порвать с прежними обычаями. Они были моими надежными последователями. Я видел, как рождались их дети, крестил их, видел, как процветала эта семья. A затем похоронил Джона и Рут.
Лицо его исказили нахлынувшие воспоминания.
— У них были родственники? — поинтересовался я.
Бротон сложил руки на коленях:
— Они приехали в Лондон из Ланкастера. Подобно многим молодым людям, Джон явился сюда искать удачу. Со временем умерли и их родители. А потом чума забрала Джона и Рут, и на севере оставалась в живых только старая тетушка Рут, о которой она иногда упоминала и с которой переписывалась. Когда Майкл явился ко мне, встревоженный интересом Хоббея к опеке над детьми, я предложил ему найти ее письма и адрес, чтобы я мог написать ответ. Сэр, — вдруг взволнованно проговорил он, — а как умер Майкл?
— В заключении коронера причиной называлось самоубийство. Обстоятельства, обнаруженные в Хэмпшире, вывели его разум из равновесия, — осторожно ответил я.
— Ох ты, боже мой! — Священник приложил руки к голове.
— Мне очень жаль, сэр. Но прошу вас, расскажите мне все, что вы знаете об этой опеке. И о тетушке…
— Майкл вернулся с ее адресом. По его словам, в это самое время Николас Хоббей уже забирал бумаги и конторские книги. Кафхилл попытался возражать, однако Хоббей только отмахнулся от него как от лица, не имеющего официального положения.
— Похоже, что вы достаточно хорошо знали Майкла.
Бротон вздохнул и покачал головой:
— Майкл со своей семьей каждое воскресенье приходил в церковь. Впрочем, нет, мне никогда не казалось, что я по-настоящему знаю его. Как и что он полностью доверяет мне. Я даже подумывал, не тайный ли он папист, но думаю, что это не так. Впрочем, его что-то тревожило. Но этих двоих детей он любил и делал все возможное, чтобы помочь им. Он улыбнулся и добавил: — Ради этого мы с ним устроили настоящий заговор.
— Мать Майкла говорила мне, что Хью и Эмма Кертис были дружны.
— Да. Серьезные, добродетельные дети. — Викарий качнул головой, и его длинная борода дрогнула. — Я написал письмо их тете, оплатил быстрого гонца. Дело было уже через три недели после смерти Джона и Рут. Мы с Майклом подозревали, что Хоббей добивается контроля над землями их детей, но не ожидали, что он добьется своей цели настолько быстро.
— Обычно такие дела движутся неторопливо.
— Я каждый день ожидал ответа с севера, однако вам известно, как долго идут вести из этих диких мест. Прошло две недели, затем три… Майкл снова побывал у меня и сказал, что Хоббей постоянно присутствует в доме Кертисов. Как и его адвокат.