Собрав деньги с рекрутов, Стивен Карсвелл приблизился ко мне:
— Благодарю вас, сэр, от лица всех моих людей. Вот их деньги. Если бы началась драка, мы оказались бы по уши в дерьме перед лицом офицеров. — Помедлив, он добавил: — И вы окажете нам еще большую любезность, если не упомянете об этом в разговоре с капитаном Ликоном.
— Ага, — добавил Том Ллевеллин. — Мы знаем, что вы его друг.
Я улыбнулся:
— Быстра людская молва.
Подошедший Угрюм одарил нас мерзким взглядом. Я заметил на его куртке перламутровые пуговицы и вспомнил, что Ликон говорил о различиях в одежде солдат.
Вечно недовольный солдат тем временем заговорил:
— Карсвелл, здесь назревала превосходная драчка, и ты, заячий хвост, предотвратил ее.
— Со стариками и детьми? — хмыкнул Стивен. Несколько старших солдат уже враждебно посматривали на Угрюма, и тот, отвернувшись, зашагал дальше.
— Простите его, сэр, — проговорил Карсвелл и оглянулся на молодого лучника: — Пошли-ка, валлиец, пора назад!
Я с любопытством посмотрел на Ллевеллина:
— Судя по произношению, ты все-таки не валлиец?
— Да, сэр. Это мой отец из Уэльса. Он-то и научил меня обращаться с боевым луком, — ответил юноша с гордостью, а затем по лицу его пробежала тень. — Но мне нравится и работа у горна.
Стивен толкнул его локтем:
— A как насчет твоей девчонки, парень? — Он повернулся ко мне и пояснил: — Он собирается жениться на Рождество.
— Поздравляю, — сказал я.
— Но где мы будем на это самое Рождество? — с грустью в голосе вопросил Том.
— Мы побьем этих французишек, — уверенно посулил шутник Карсвелл. — И на двенадцатую ночь ты будешь обниматься в постельке со своей Тесси. Если только в вашей деревеньке в Йюсли есть постели: поговаривают, что все вы спите в обнимку с коровами.
— Ну, нет, это в Хэрфилде, у Угрюма, такие порядки. — Ллевелин посмотрел на меня. — Здесь нас четверо человек из нашей деревни. — Он печально покачал головой. — Когда мы уходили, девушки украшали нас венками… все вышли провожать нас, и лютнист с песней вел нас по дороге. A как с нами обращаются здесь…
— Пошли, — позвал его Стивен. — Надо успеть донести бекон в лагерь, пока я еще не истек слюнями.
Они отправились прочь.
— Ну вот, мы и познакомились с солдатами, — заметил Барак.
— Богу ведомо, что нам нужны друзья в этой дороге.
Помощник посмотрел на меня:
— Это не Ричард ли Рич проехал мимо нас у моста?
— Он самый. Возможно, он скачет в Портсмут. Так что чем скорее мы попадем в приорат Хойленд и вернемся из него, тем лучше.
После обеда сотня отдыхала целый час, пережидая самое жаркое время дня. Затем солдатам велели стать в строй.
Мы упорно продвигались вперед, и когда перед самым вечером оказались в Гилдфорде, некоторые из рекрутов уже изнемогали от усталости. Через город мы прошли без остановки. Из горожан лишь мелкая ребятня бегала с приветственным писком возле колонны, а взрослые по большей части ограничивались одними взглядами: не одна сотня солдат прошла по этой улице за последние несколько недель.
Вскоре после этого мы поднялись на гребень песчаниковых холмов, а затем спустились в речную долину. Около шести солнце начало опускаться. Мы, наконец, увидели в колыбели холмов Годалминг, увенчанный шпилем большой церкви. Возле ведущих на луг ворот нас ожидал человек, внимательно смотревший в нашу сторону. По данному Ликоном знаку строй рассыпался, и утомленные люди повалились на обочину отдыхать.
— Я оставляю Снодина командовать людьми, — сказал он. — На этом поле они поставят лагерь и заночуют. Мы с казначеем поедем в город купить продовольствие, и мне нужно еще поискать новую обувь. Некоторые из наших людей здорово хромают.
— Это так, — кивнул я.
— Скорее всего, придется дорого заплатить за нее. Торговцы жиреют на этой войне. Я вернусь, чтобы заночевать с людьми, но вы со своими друзьями сможете поехать со мной и подыскать себе гостиницу. Мы можем подобрать вас завтра утром на главной дороге. В шесть утра, нам приходится торопиться.
— Мы будем готовы, — пообещал Дирик, такой же пропыленный и усталый, как и я.
Мы въехали в Годалминг. Ликон и его казначей, оставив нас, отправились на поиски мэра, a мы стали искать свободные места в гостинице. Постоялые дворы, по большей части, были полны, но, в конце концов, мы нашли, где остановиться. Впрочем, Бараку опять пришлось делить комнату с Сэмом. Поднявшись в собственную комнату, я стащил с ног сапоги и растянулся на тюфяке, на сей раз набитом пером. Глаза мои уже совсем закрывались, когда в дверь постучали, и на пороге появился Джек.