Мила растерялась от таких слов. В ходе последних событий она ещё не осознавала всей перемены жизни. До этого привычный круг находился в степи, хотя часто девочку оставляли в повозке и запрещали выходить. А если можно было выйти, тогда она сразу просила посмотреть на лошадей. Кто-то из старших братьев сажал её впереди, и они ехали к табунам.
Толпа снова загомонила, но видно на других явление Кошки тоже повлияло в положительную сторону. Мила заметила, что бабушка Улда на неё смотрит также, как на Айю. Но родные Мары, судя по тому, что внешне походили между собой, были не преклоны.
- А если мы не согласны?
В разговор вступила бабушка:
- Мало ваш род уже покарала Праматерь! Никак не успокоишься, Мара?
Видно её слова попали в цель, многие утихли, а женщине понадобилось несколько мгновений, чтобы вернуть себе самоуверенный вид.
- И кто должен взять её в свой род?- надменно спросила Мара прямо в глаза царицу.
Она снова взяла девочку в руки и приподняла над собой.
- Я принимаю её, в моём роду она будет мне дочерью. И даю ей имя – Мила.
Бабушка и следом родственницы, которые стояли за её плечами, и многие сельчане согласно возгласами поддержали её решение. Среди родных стояла девушка, которая подошла и приняла новенькую в свои руки. Айя с благодарностью посмотрела на неё, ноша не лёгкая. И если Мила среди родни, ей ещё спокойнее, но это ещё не конец. Толпа затихла и перемалывала новости, а клан Мары ещё кипел эмоциями.
Для своего племени Айя ничего не жалела, ни времени, ни сил. Всю силу ума и характера женщина направляла на улучшение их жизни. Добычу, которая доставалась, делила поровну и по справедливости. Всё же всем хорошей не будешь, всегда найдутся завистники или недовольные, поэтому она решительно посмотрела на Мару и людей вокруг.
- Ещё одно моё слово! Если кто-то не согласен с моим решением и готов отстаивать своё мнение, пусть выйдет в круг. Я готова сойтись в поединке, пусть оружие рассудит нас. – она говорила всем, но заметила как Мара заколебалась. – И ещё! Если вы не готовы поддержать моё решение и веление Камышовой Кошки, я и мой род покинем ваше селение, а вы выбирайте себе другую царицу.
Толпа женщин возразила этим словам и сразу одобрительно поддержала решение её принять девочку. Марина родня вместе с ней также попросили не оставлять их.
- Настал момент разделить добычу! Айда, вытряхивай мешки. Талис, этот свёрток и нож бери себе и ступай домой!
Продрогшая девушка извиняясь с улыбкой посмотрела на Айду, и радостно побежала домой с вещами, чавкая мокрым сапогом.
- Вот же заполошная! – не злобно усмехнулась Айда.
Бабуля одобрительно посматривала на всех и заметила притихшую Милу.
- Так…правнучка, надо нам тебя в нашу баньку отвести. – ласково сказала она. – Опусти её на землю, лапочка, я отведу её сама. У конников частое мытье не приветствуется, но у нас надо очисться перед тем как в доме поселиться. Заодно ссадины и царапины помажем целебными мазями.
********************************************************************************************************************************
Купаться девочке не нравилось, поэтому она категорично замотала головой. Но бабушка тоже проявила характер, взяла ее за руку и повела к окраине селения. Шумное лобное место осталось позади, воительницы сейчас получали добычу из рук царицы Айи. Зато Мила увидела домашних питомцев этих женщин. Среди домиков встречались редкие кошки, довольно крупные, издалека можно перепутать с собакой, окрас рыже-серый или с мелкими темно-серыми пятнами. Ни одной пса им на пути попалось, и даже намека, как далекий собачий лай, не обнаружилось. Также в хозяйстве деревни обнаружились домашние куры и утки, характерно пахло и слышалось кудахтанье или тревожное кряканье. Их держили в отдельных постройках из камыша.
Бабушка остановилась возле одного из жилых домов Кошек и велела ждать, пообещав скоро вернуться. Мила и не подумала, что её могли бы взять с собой в гости. Если б не усталость, голод и холодная ночь в неизвестном краю, она попыталась бы убежать от перспективы банной процедуры. Так Миле казалось, что готова сбежать. Девочка осталась стоять там, где ее оставила старушка, и неподвижно осматривалась. Из-под тёмных войлочных ковров, которые в несколько слоев закрывали дверные проходы, показалась серая кошка. Хвост ее нервно подрагивал, видно старая Улда собой и своим голосом заняла много места в этом домике и животное вытеснилось наружу. Кошка царственно ожидало, что её вот-вот позовут обратно или выбегут и внесут бережно на руках.
Но никто не спешил, тогда питомица присела у порога и окинула вхглядом девочку. Холодные желто-зеленные глаза снисходительно оценили нежданную гостью. Кошка не сводила взгляд, словно решила, что уж этой "нахалке" не позволит делать, что вздумается. Улда впрочем скоро вынырнула в облаке пара из-за войлочных дверей.