Мы оставили доски в холле гостиницы и поднялись на лифте на четвертый этаж.
Эрика
Дверь в номер открылась. Ударил цитрусовый аромат, смешанный с запахом новой мебели. Мы не торопились заходить. Пыл Дмитрия куда-то пропал, и мужчина снова стал тихим. Я решила взять инициативу в свои руки. Потянула Дмитрия в номер и прижала его к себе. Захлопнулась дверь. Он обнял меня за талию. Биение моего сердца участилось. Наши губы оказались рядом. На Дмитрии был мой любимый парфюм – «Молекула 02». Аромат подходил ему. Мужчина тяжело дышал, а я ждала, когда же он прикоснется к моим губам. Он не касался. Тогда я потянулась к нему сама. Его губы оказались сладкими. Я попыталась запустить язык в его рот, но Дмитрий не открыл его. Он лишь нежно покусывал меня губами. Его руки стали крепче. Я расстегнула его куртку. Он схватил меня за шею и, властно подтянув к себе, подарил страстный поцелуй. Я почувствовала, что стала мокрой. Дыхание сбилось. Сердце затрепетало в груди. Дмитрий сбросил свою куртку и стал раздевать меня. После нескольких движений я стояла в черной водолазке и в штанах.
Дмитрий
Водолазка обтягивала пышную грудь. Неприлично большую. Худая девушка с такой большой грудью мне еще не встречалась. Я не мог удержаться, чтобы не потрогать ее. Грудь оказалась упругой. Ее невозможно было продавить, и она совсем не помещалась в ладонь. У меня закружилась голова. Я стал наглей, и через мгновение стянул с нее штаны, а она – с меня. Мы остались в нижнем белье. На мне были синие боксеры в облипку, а на ней – черное облегающее белье. Я никогда не любил стринги – когда я увидел ее трусики шортами, мои руки сами потянулись на разведку. Попа оказалась упругой. Эрика явилась мне произведением искусства. Молодость ей была к лицу. Сочная округлая грудь, небольшая упругая попка и неестественно длинные ноги. Кажется, я сорвал джекпот. Меня соблазнило ее милое лицо, а, оказывается, к лицу прилагается такое сексуальное тело.
Эрика
Глаза Дмитрия блестели. У него было такое выражение лица, словно он нашел клад и теперь думал, как его потратить. Он грубо сжимал меня, боясь не успеть насладиться моими формами. Он стал резким. Я еще не могла понять, нравится мне это или нет. Когда он стянул с меня лифчик, то совсем обезумел. Он изо всех сил давил на грудь, пытаясь продавить ее, но у него ничего не выходило, и от этого он заводился еще больше. Я потянулась к его трусам, чтобы сжать его там. Меня интересовало, что там у него. Встреча с мужчиной – это всегда рулетка: никогда не знаешь, какого размера его достоинство. И хотя у меня было всего четыре парня, я успела понять, чем отличается небольшой пенис от огромного. У моего второго молодого человека был такой большой, что, когда я с ним спала, мне было больно. Сперва мне нравился толстый пенис, не помещающийся в две ладони, но через месяц я уже противилась полному проникновению. Он постоянно упирался в меня, и стоило Максиму, так звали моего бойфренда, ускориться, как я вылезала из-под него, прося, чтобы он не засовывал его в меня полностью. Максу это не нравилось, а я ничего не могла поделать.
Член Дмитрия был вялым и небольшим. Это ни о чем не говорило, потому что он мог встать и удивить меня. Я не придала этому значения, давая ему время прийти в форму.
Дмитрий
Когда она схватила меня за член, я был не готов. Он сжался до минимального размера. Я смутился и покраснел. Надеюсь, что Эрика этого не заметила. Ее тело было таким горячим, что я перевозбудился и запаниковал. Гиены снова запели свою песню. Они издевались надо мной. Я хотел Эрику, но мои слабости пробудились и захватили контроль над телом. Я скукожился, как сухофрукт. Ее пышная грудь, ее сексуальная попка и длинные ноги уже не восхищали меня – я попал во фрактал своих загонов. От осознания собственной ничтожности мне захотелось выпроводить Эрику и закурить. Мое внимание застряло у меня в трусах. Мне стало казаться, что я недостоин такой девушки, как Эрика. Ее тело – совершенство, а я – уставший от жизни мужчина с небольшим животом и слабой эрекцией. Тоска вывернула меня наизнанку, не оставив и капли энтузиазма. Эрика не могла не возбуждать, но он у меня был вялым и маленьким, словно я окунулся в ледяную прорубь.