Мне стало стыдно, и я захотел к Свете. Я к ней привык. Она не была такая эффектная и не требовала от меня ничего сверхъестественного. У нее был небольшой живот, уставшая грудь, висевшая двумя блинами, и целлюлитная попа. Светино тело уже не возбуждало меня. Думаю, я возбуждался по привычке, и занимался я с ней сексом не чтобы получить удовольствие, а чтобы удовлетворить физиологическую потребность.
С Эрикой все было иначе. Держась за ее грудь и жадно впиваясь ей в губы, я вспоминал свой первый секс. Такое же волнение, и такой же накал. Я хотел Эрику, хотел так же, как и Катю, когда она делала мне мой первый минет. Тогда член реагировал и стоял, как деревянный брусок, а сейчас он висел, будто старая лиана.
Мне пришла идея попросить Эрику поцеловать член, раззадорить меня, но я стеснялся это произнести, мне не хватало смелости. Внутри меня снова загудели падальщики. Я был слабым, и моя слабость находила свое выражение у меня между ног. Преуспев во многих делах по жизни, я чувствовал себя неумелым пацаном в постели, и моя осечка все глубже возвращала меня в детство.
Эрика
Он, стесняясь, попросил меня поцеловать ему пенис. Не сделать минет, а именно поцеловать пенис. Будто я должна была просто слегка тронуть его губами. Я засомневалась, что хочу продолжить все это. Наши объятия и поцелуи вдруг стали какими-то механическими и лишенными чувств. Я почему-то захотела к Васе, но, пересилив себя, сказала, что сделаю то, что он хочет, после того как он примет душ. У Дмитрия загорелись глаза, а после он поинтересовался, не уйду ли, пока он будет в ванной. От этого вопроса мне действительно захотелось уйти. Его неуверенность была такой сильной, что отталкивала. И куда делся тот харизматичный Дмитрий, который меня увлек на канатной дороге? Это была ошибка.
Когда он ушел в душ, я стояла раздетой и рассматривала свое отражение в зеркале. Меня невозможно было не хотеть. Я хотела сама себя. Мне даже подумалось потрогать себя там, и, пока журчала вода в ванной, я не стала отказывать себе в этом удовольствии. От первого же прикосновения я стала еще влажней. Мои пальцы скользили по клитору. Я закрыла глаза. Волна наслаждения накрыла меня. Я в момент забыла, где нахожусь и что тут делаю. На каждое движение рукой мое тело отвечало теплом и приятным сжатием. Я не могла понять, в какой части тела мне было приятнее: вспышки удовольствия возникали то в тазу, то в шее, то в груди. Я пыталась поймать его, свободной рукой гладя себе то бедра, то талию. Я сдавливала свои соски и глубоко дышала. Мне уже не нужен был Дмитрий и его пенис. Меня завела эта ситуация, и теперь я могла со своим возбуждением справиться самостоятельно. В ванной перестала журчать вода. Открылась дверь, и я оторвала руку от клитора.
Дмитрий
Эрика была заведенная. Ее глаза молили, чтобы я вошел в нее. Но мой член почему-то был против. Она села на колени и облизала мне головку. Я закрыл глаза и попытался расслабиться, но у меня ничего не выходило из-за того, что представил, как сейчас выглядит мой член. Он казался таким маленьким и жалким, что все старания Эрики никак не шли на пользу. Она не торопилась. Делала все на совесть. Нежные касания пальцами и облизывание уздечки вызывали приятное тепло. Член чуть напрягся, и мне показалось, что вот-вот он встанет в полный рост, что вот-вот он удивит не только Эрику, но и меня. Это была ложная тревога. Мой приятель не желал участвовать в этом мероприятии.
Я потянулся правой рукой к груди Эрики и снова стал давить на нее изо всех сил. Груди были твердые и большие, как баскетбольные мячи. Молодость украшала Эрику, а моя старость меня нет. Я попытался прокрутить все свои лучшие сексуальные партии, где я был настолько хорош, что гордился собой. Секс в лесу, ночью на пляже, утром в палатке, на даче после забористой травы… Сколько у меня было сексуальных актов с хорошим концом! Сколько раз я горел от страсти! А сейчас со мной была лучшая из девушек, а я давал осечку. Что-то испортилось во мне. Может, секс стал для меня обыденностью? Таким же простым действием, как прогулка на велосипеде? Когда я был маленьким, первая поездка на двухколесном друге была крышесносной. И первый секс был таким.
Эрика, не зная усталости, двигала головой и руками. Она то плотно сжимала член губами, то облизывала его языком. Но ничего не выходило.
Эрика
Ничего не выходило. Пенис Дмитрия висел, как шнурок. Я облизывала его, между делом то гладя руками волосатую грудь Дмитрия, то сжимая его ягодицы. В конце концов я закрыла глаза и снова вернула руку себе на клитор. Мне уже было неважно, что думает Дмитрий, – мои собственные прикосновения увлекали меня куда больше. Меня заводила эта ситуация. Незнакомец. Голая я. Мне рисовались картинки, как я выгляжу со стороны. Мои изгибы, моя попка. Я делала минет Дмитрию, а сама думала о том, как я выгляжу. И второе меня дико возбуждало.