Все элементы плана - каждый! - встречали возражения в его окружении. Но решение принимал он. В условиях недостаточной информации, непредсказуемости, разнонаправленного мнения весьма высоких, близких к власти, персонажей.
Был там эпизод...
После торжественного приёма, на котором, в нарушение этикета, прозвучали не только ритуальные, но и осмысленные слова, Мануил собрал нескольких сановников на совет. Все дружно принялись ругать нищих и наглых варваров, советовали послать их (т.е. нас) подальше. Когда набор негативных эпитетов и пыл присутствующих исчерпались, старенький протонотарий дрома задал вопрос:
- Что будет дальше?
И дребезжащим от старости голосом объяснил:
- Когда русы объединяются - они воют. С нами. Их древние князья... Свендислав в Доростоле, Владимир в Херсонесе... Их Мономах собрал их страну. И с ним пришлось воевать на Дунае. Сейчас у них снова один государь. Автократор говорит "нет" и... снова война? Или - "да"? - Тогда русы и куманы истребляют друг друга. Как печенеги Свендислава. Только без тяжёлой предшествующей войны. И не надо платить язычникам. Оба народа ослабнут и не будут тревожить наши границы. А мы спокойно заселим низовья тамошних рек, возродим древние города на побережье, добавим новых... И получим тот же хлеб, из той же степи, но от своих париков.
Басилевс увидел... варианты.
Сколько заплатили тому протонотарию за его реплику... Понимаю дедушку - ему нужно было выдать замуж восьмую внучку.
Свела с ним Всеволода его матушка, сестра императора. Сын навестил её в Царьграде. Упомянул, естественно, о давнем их посещении Пердуновки. Вспомнилось ей и тогдашний "тяни-толкай", что устроили мы с Ноготком на дыбе, и химический ожог срамного места и, главное, "заклятие Пригоды", наложенное мною на неё тогда. Воспоминания, заклятие, а равно естественное стремление матери помочь сыну и стеснённые материальные обстоятельства, превратили её в одного из самых эффективных наших агентов. Влияния у неё не было никакого, но, будучи членом клана Комниных, она всех и про всех знала, везде, пусть и незаметно, могла присутствовать. Советы её весьма поспособствовали нашим успехам на этом направлении.
Мы сразу стали требовать себе всяких... преференций. Про церковные - я уже. Там, по счастью, дело просто отложилось на полгода из-за болезни Хрисоверга. Потом уже пришло понимание. У наших - что можно просить, что - требовать. У тамошних - с чем придётся согласиться.
С Мануилом разговоры шли "в два присеста". По дороге в Иерусалим - самое главное: благословение браку, "Крымская деспотия". По дороге оттуда... жестокий торг. Не всё желаемое было заявлено, не все, из заявленного, удалось сразу получить.
"Железный занавес" развернулся в три этапа. Наше решение выслать всех купцов с Руси, включая греков, вызвала бешеную волну криков: "и мы вас так же!". И спокойный ответ: "Именно об этом мы и хотели просить". На самом деле, основной торг греков с Русью идёт через Сурож и Олешье. Статус этих торговых площадок почти не изменился. А какой этнической принадлежности лягут черепа возле тропы у Несыти - русские или греческие - велика ли разница для басилевса?
Его нужно было убедить. Очень рад, что эта задача досталась не мне - я бы её точно провалил. Я плохо понимал этого человека. Его ценности, словесные формулы, аргументы, которые бы затронули струны души.
"Самый рыцарственный правитель Востока". Что это значит? - Что самое главное - накормить вдов и сирот? Или что нельзя идти в бой без плюмажа из страусиных перьев на шлеме?
По счастью, мне удалось собрать команду, которая сумела. Снять часть возражений его окружения, привлечь на нашу сторону часть знати и, главное, убедить его самого. После его принципиального согласия проблемы возникали, но мы их пробивали или обходили.
Работала высокоталантливая, квалифицированная команда аборигенов. Не я.
Конец сто восемнадцатой части
Часть 119. "А другой был чёрным-чёрным..."