— Комфооооорт! — Согласился тот, включая поворотник.
Микроавтобус мягко накренился, скорость при повороте можно было скинуть и чуть побольше, после чего остановился на небольшой стоянке при заправке.
Миссия по уничтожению главного засранца в этом дурдоме началась с приведение в исполнение приговора ужину.
— Подъем, народ! — На лениво брошенные Сашком слова тот самый народ среагировал довольно вяло. — Пошли есть!
А вот это магическое слово оживления в салоне явно добавило!
Матвей с удовольствием выскочил с переднего пассажирского сидения на разогретый за день асфальт, и сделал пару энергичных разминочных движений. Он как раз успел сладко потянуться и оказаться возле сдвинувшейся в бок двери, чтобы показать себя джентльменом, подав руку дамам.
А вот еда в придорожной забегаловке не понравилась никому.
— ИРП и то лучше! — Вынесла приговор местной кухне Ложкарева.
Народ заулыбался. По-доброму. Недавно она с ними, не успела еще рационов налопаться до тошноты. Хотя в целом, поспорить было не с чем.
Задерживаться не стали. Прием пищи занял не больше десяти минут. Можно было и задержаться, но Ольге хватило одного глотка местного кофе, чтобы отодвинуть от себя чашку с таким отвращением, что больше к напитку никто не притронулся. Благо в машине было еще достаточно бутылок с прохладной водой — холодильник работал исправно.
В общем, «насытившись» местными кулинарными традициями, уже через полчаса машина подъехала к небольшой стоянке для кемперов.
— Добрый вечер! — Поприветствовал их немолодой уже мужчина с легким акцентом.
«Да, были времена, когда русский в этой стране все резко „забыли“„, — припомнил Воронцов. Правда, после того, как за несколько десятилетий от собственной экономики мало что осталось, а “ уважаемые партнеры» помощь прекратили, местные «ярые противники империи» моментально вспомнили речь Пушкина и Гоголя. Маг вздохнул. Глупо получается. Тогда ведь орали громче всех и яростно портили отношение со своими соседями всего около десяти процентов населения. Тех же самых, что за свободную любовь, демократию и более полусотни гендеров. «Попросить бы такого „активиста“ их все хотя бы перечислить — вот интересно было бы посмотреть!», — прикинул парень.
— Ваше место на окраине, — продолжал тем временем представитель местной администрации. — Все как вы пожелали при бронировании.
Маг огляделся. Действительно, помимо них на стоянке обнаружились лишь пяток кемперов. А вот жизни вокруг них не наблюдалось совсем. Уже легли спать или просто оставили здесь машины на сервисное обслуживание? Впрочем, значение не имеет.
— Кстати, с вашего места открывается прекрасный вид на…
Длинное местное название Матвей пропустил мимо ушей. Ему было не интересно по двум причинам: во-первых, это частная территория, и чужих туда все равно не пустят, а, во-вторых, она к утру перестанет существовать. Полностью.
***"
«Готова?», — привычно сжал парень руку уже не трясущейся как раньше листиком на ветру Свете.
«Не, ни хрена, а че делать?», — вполне ясно сказало ему ответное рукопожатие. Это стало уже традицией. Нужно же слегка повытрепываться прежде чем начать работать.
«Пора.», — сжал он заранее оговоренным образом плечо девушки.
Легкую вспышку привычной боли почти мгновенно смыла теплая и умиротворяющая волна транса. Деревня тут же вспыхнула Кровью. Пока еще живой.
«Хочу туда!», — пришло ощущение от Ложкаревой. Молодые люди уже почти научились чувствовать себя отдельно от друг друга в этом необычном состоянии. «Подожди.», — чуть притормозил свою вторую половинку (в данный момент) Света. Но тут же буквально застонала от удовольствия, когда рядом пролилась кровь. Теперь их стало трое. И пусть Ольга ощущалась отдельно, от их общего «мы», но она была с ними. Аура талантливого практика внутренней работы сделала ночь вокруг еще контрастнее.
«Начали!», — послал короткий сигнал-эмоцию Матвей.
Странный симбиоз сместил свое внимание в сторону небольшой деревушки. Бункер нашелся практически сразу. «Волчье логово» Магистра было довольно небольшим, и сейчас в нем находилось всего пять человек… И одна нелюдь.
«Что это⁈», — стегнула по нервам резкая эмоция Светы. Ольга же не имела способностей к Крови, а потому выразиться «внятно» не могла, но и от нее шла волна ужаса и отвращения.
Черная дыра. Ничто, способное лишь поглощать жизненную силу остальных. Как антиматерия для нашей вселенной, ЭТО было чуждо самому миру. Страшное, отвратительное и чужеродное чудовище, способное лишь жрать, жрать и жрать. И весь его многовековой опыт был направлен лишь на одно — продлить сладостное «поедание» всего, до чего только могли дотянуться липкие щупальца.