— Да, эти штуковины сейчас нужны всем, — проворчал Джонсон. — Хотя сейчас меня куда больше интересует, что мы будем с ними делать, когда найдем… если вообще найдем.
— Ну… что-то придется отдать Георгу… вероятно. — Я на мгновение задумался. — В конце концов, если у нас будет оружие, способное за пару секунд разрезать пополам броненосный крейсер, договориться станет заметно проще. Особенно если не забывать, что нашей главной целью является мир и благо наших народов, а не амбиции.
— Отлично сказано, друг мой, — кивнул Джонсон. — В таком случае, пока нам остается только придерживаться задуманного плана.
Суворов явно хотел добавить что-то еще, однако так и не решился. То ли побоялся спорить с президентом, то ли просто не хотел больше впустую сотрясать воздух — но я почти физически ощущал исходившие от него волны недовольства. Джонсон заметно успокоился, хоть и выглядел смертельно усталым, и только Кеннеди, наоборот, как будто взбодрился и даже пытался улыбнуться.
— Мы можем подсунуть Георгу парочку мафиози или чинуш, — предложил он, — из тех, кто сейчас сидит за решеткой. Не крупную рыбу, конечно же, но пока британцы разберутся… Если выиграем пару дней — уже неплохо.
— Неплохая идея, Бобби. — Джонсон потер глаза. — Я займусь этим… завтра. На сегодня с нас, пожалуй, хватит. Можете быть свободны, джентльмены.
Когда мы втроем вышли за дверь кабинета, Суворов тут же куда-то умчался. То ли срочно звонить с докладом в Петербург, то ли просто курить — обстановка явно располагала. Я и сам подумал, что после такого неплохо бы прочистить мозги… хоть как-то.
— Проклятье… это было круто! — Кеннеди отер со лба выступивший пот. — Здорово ты отделал стариков. Я уж думал, они нас с потрохами сожрут!
— Не ты один, — усмехнулся я. — И если твои парни не отыщут нам новые зацепки — уж поверь, так и будет.
— Стараюсь, как могу… мы стараемся. — Кеннеди улыбнулся и покачал головой. — Хотя иногда мне кажется, что это ты станешь новым президентом Штатов, а не я.
— Иногда мне тоже так кажется. — Я вздохнул и потянулся за плащом. — И уж поверь, я от этого вовсе не восторге. Дома осталось слишком много работы.
— О да… — понимающе закивал Кеннеди. — Скажи… ты скучаешь по семье?
— Наверное. — Я поправил ворот и не торопясь зашагал к выходу. — Или, может, мне просто надоело торчать в Кэмп-Дэвиде целыми днями.
— Правда? Тогда у тебя есть отличная возможность удрать отсюда. — Кеннеди хлопнул меня по плечу. — Прокатишь меня на своей красотке?
ГЛАВА 3
— Ну она же прелесть, правда? — Кеннеди нежно провел ладонью по блестящей крыше. — Проклятье… Я бы и сам купил такую же, но Этель меня убьет.
— Хочешь за руль? — усмехнулся я.
— Хм-м-м… Пожалуй, нет. Если сяду — тебе придется вытаскивать меня силой.
Машина действительно была что надо. Еще в Барнстейбле я за ужином обмолвился, что как-то брал в прокат «Шевроле Импалу», и как только мы вернулись в Вашингтон, Кеннеди сразу подарил мне такую же… почти. Тоже черную, с хромированной решеткой радиатора — но на этот раз в двухдверном кузове и с магической припиской «Супер спорт» в названии модели. Тачка из Флориды отлично держала дорогу и набирала скорость, но эта и вовсе оказалась сущим монстром. Семилитровый двигатель на четыре с лишним сотни лошадиных сил выстреливал с места так, что меня буквально вжимало в сиденье, и я пока так и не смог проверить, на что он по-настоящему способен: цифры на спидометре заканчивались раньше, чем поистине титанический запас мощности. Пожалуй, даже Настасьино творение «Импале» все-таки чуть уступало.
Конечно, родовитому князю и личному советнику двух президентов скорее подобало бы ездить с шофером и на чем-нибудь солидном вместо дерзкого спорт-купе, но, один раз сев за руль этой машины, я уже не захотел из нее вылезать.
— Кстати, куда мы едем? — поинтересовался я.
До Термонта от Кэмп-Дэвида вела всего одна дорога, но уже оттуда мы могли двинуть куда угодно. И на север — к границе с Пенсильванией, и в сторону округа Колумбия. Или вообще прямо — хоть в ту самую пиццерию, где я вчера дрался с морпехами.
— Сворачивай направо на пятнадцатое шоссе и жми педаль в пол. — Кеннеди хитро улыбнулся. — Скоро узнаешь.
— Надеюсь, это не еще одна сомнительная авантюра, — вздохнул я. — Судя по разговорам в посольстве, мой император и так не в восторге. Что бы я ни говорил вчера старикам в кабинете — мы ступили на скользкую дорожку. И прошли по ней так далеко, что возвращаться уже, пожалуй, поздно.