— Это точно. — Кеннеди чуть отодвинул сиденье и вытянул ноги. — Если честно, я до сих пор не могу понять, почему ты нам помогаешь, Алекс. Рискуешь не только положением, но и головой — и ради чего? Посол уже готов сожрать нас обоих заживо, да и император может не оценить твоих усилий… особенно если мы в итоге облажаемся.
— Мы не облажаемся, Бобби, — пообещал я. — Мне просто придется стараться вдвое усерднее… Особенно теперь, когда господин президент подарил мне эту тачку.
— Прекрати. Ты бы мог и сам купить хоть десять таких.
Кеннеди не стал расспрашивать — но шутку, похоже, не оценил. То ли она оказалась не слишком удачной, то ли мне намекнули на разговор по душам — а я вместо нормального ответа принялся зубоскалить. И, видимо, зря — в конце концов, рядом со мной в летевшей по хайвею «Импале» сидел не просто какой-то добродушный дядечка и мой друг, а без пяти минут президент Соединенных Штатов Америки.
Я на его месте, пожалуй, тоже бы поинтересовался.
— На самом деле — все очень просто, Бобби. — Я чуть поднажал на педаль газа, прибавляя ход. — Я помогаю вам с Джонсоном, потому что мне страшно.
— Тебе — страшно? — недоверчиво переспросил Кеннеди. — Супергерою, который останавливает пули и швыряется огнем? Я думал, тебя вообще ничем не напугать.
— Увы, это совсем не так, — улыбнулся я. — Видимо, потому что я не только супергерой, но и умник. И слишком хорошо представляю, чем рано или поздно закончится война Британии и Соединенных Штатов.
— Нашей победой, — буркнул Кеннеди. — Ты сам говорил, что у Георга не хватит сил…
— Если он не отправит в Карибское море весь свой флот. И если не объединится с Россией и Францией против германского рейха. — Я стиснул руль. — Вот только именно так оно и будет, Бобби! У королей и императоров достаточно старых обид друг на друга, но когда под каждым из них зашатается трон — они все-таки соберутся вместе. Сильнейшие аристократы против твоей страны и тех, кто станет вашими союзниками. Магия древних родов против самого совершенного оружия, что только смогут сделать люди. Неважно — в Бельгии, Германии или на фабрике Винчестера в Коннектикуте. Обычные люди против таких, как я… Одаренные будут убивать вас сотнями.
— Но почему?!
— Просто поверь, Бобби. Я слишком хорошо знаю аристократов. И большинство из них совсем не плохие люди — просто не умеют по-другому, — ответил я. — И никогда не сумеют. С самого детства нас готовят служить короне — и править теми, кто родился без магического Дара. Стоять выше закона, подчиняясь лишь собственным правилам и обычаям… Нет, от подобного не отказываются добровольно. Может, сам бы я и справился, но почти все, кого я знаю дома — моя семья, друзья и союзники, — скорее умрут, чем потеряют власть. Да и обычные люди вряд ли остановятся, если им вдруг выпадет возможность перебить нас всех до единого.
— Хватит… — едва слышно пробормотал Кеннеди. — Я никогда не поверю, что мы не сможем…
— Мы не сможем, Бобби! — рявкнул я. — Потому что для Одаренных это будет драка не на жизнь, а на смерть. Ты сам видел, на что способен я один, — а теперь представь, что случится, если загнать в угол хотя бы полсотни таких же! А там, откуда я приехал, найдутся маги куда сильнее меня!
Кеннеди отпрянул и съежился, вжимаясь спиной в сиденье. Вряд ли по-настоящему испугался — хотя хлеставшую из меня во все стороны мощь Дара не почувствовал бы разве что покойник. И все же вдруг обнаружить себя в одной машине с разбушевавшимся Суперменом вряд ли было так уж приятно.
Салон «Импалы» оказался слишком тесным для того, что распирало меня изнутри, — по лобовому стеклу наискосок пробежала уродливая трещина.
— Тихо, тихо, Алекс. — Кеннеди осторожно коснулся моего плеча. — Не хватало, чтобы ты еще припарковал нас в столб.
— Прости, Бобби. Нервы ни к черту. — Я прикрыл глаза, выдохнул и чуть ослабил хватку на руле. — Пойми, дело совсем не в том, кто проиграет. Возможно, умники из оружейных компаний придумают пару новых игрушек или наши друзья наштампуют достаточно подавителей магии, чтобы вырезать всех Одаренных под корень, — вопрос только в цене. Любая война стоит тысяч жизней — а эта унесет миллионы. Американцев, русских, немцев, англичан — неважно. И победителей в ней не будет.
— Но откуда?.. — Кеннеди зажмурился и тряхнул головой. — Черт, Алекс, ты говоришь, будто точно знаешь, что будет.