А через несколько мгновений миссис Гровс появилась перед нами во плоти. Невысокая женщина, состарившаяся и чуть располневшая копия самой себя с фотографии, почти неслышно вошла в гостиную; заметив меня, тихо ойкнула и тут же спряталась обратно — кажется, на кухню.
— Все в порядке, Грейс! — махнул Гровс жене. — Это… это сын одного из моих сослуживцев. Мы немного с ним поболтаем, о’кей?
По возрасту я тянул скорее на внука, но лезть с расспросами никто явно не собирался.
— Я напугал вашу жену, полковник? — спросил я.
— И даже меня. — Гровс мрачно усмехнулся, опускаясь в кресло. — Такие люди не заходят в гости просто выпить чашечку чая… Черт, кто вы вообще такой — и откуда? ФБР? АНБ? ЦРУ?
— Давайте обойдемся без жетонов, полковник. — Я старался говорить как тот, у кого в карманах нашлось бы что-нибудь поубедительнее пропуска в Кэмп-Дэвид. — Скажем так: я — человек, который желает народу Соединенных Штатов только добра. Зовите меня Алекс.
— Что ж, Алекс. — Гровс прищурился и снова посмотрел на меня так, будто надеялся просветить взглядом насквозь. — В таком случае — может, присядете и расскажете, что именно вас интересует?
— Конечно, полковник. Для этого я здесь. — Я устроился на диване. — Один… один мой друг — кстати, большой человек в правительстве — сказал, что в сороковых годах вы руководили сверхсекретной военной лабораторией. Которая — возможно — так или иначе причастна к созданию оружия, которым в конце октября уничтожили Белый дом.
— Бред! — поморщился Гровс. — Лучи смерти — выдумки журналистов. Такого оружия не существует. А этот удар — работа британских боевых магов. Только идиот не заметит, что чертовы англичашки уже чуть ли не полгода готовятся к вторжению.
Уверенностью, звучавшей в голосе Гровса, можно было остановить артиллерийский снаряд. Он не выдал себя ни удивлением на лице, ни даже тем, что можно было почувствовать с помощью Дара. Ответил невозмутимо — и быстро. Так быстро, как отвечает только человек, который готовил нужные слова уже давно.
Может, еще при президенте Рузвельте.
— Нет, полковник. — Я покачал головой. — Я лично был там, когда этот самый луч смерти ударил с неба прямо в Белый дом. И уж поверьте — смог бы отличить боевую магию от чего-то другого. Нас атаковали оружием — возможно, тем самым, которым вы занимались двадцать лет назад в Лос-Аламосе.
— Проклятье… У вас или стальные яйца, Алекс, или совсем нет мозгов, — проворчал Гровс. — Раз уж вы не боитесь прямо говорить о подобном.
— Сейчас об этом говорят многие, — пожал я плечами. — Нам просто известно чуть больше подробностей… Но — так или иначе — луч смерти существует и действует. По меньшей мере с октября — вспомните Варшаву… Вы ведь смотрите новости, полковник?
Гровс снова нахмурился и замолчал — видимо, пытался сообразить, что именно мне известно… и не пора ли вообще выставить меня за дверь. Однако то ли мой Дар сам по себе оказался весьма убедительным аргументом, то ли отпираться было слишком поздно — но прошла почти минута, а я все еще оставался сидеть на диване в гостиной.
— Чего вы хотите от меня, Алекс? — наконец, проговорил Гровс.
— Всего лишь немного информации для расследования. Из первых рук, а не из пыльных архивов двадцатилетней давности. — Я осторожно подался вперед. — Чтобы, пока еще не поздно, я мог добраться до тех, кто завладел этой чертовой технологией!
— Архивы куда полезнее того, что я смог сохранить у себя в голове, — усмехнулся Гровс. — А уж пыли в ней точно не меньше. Но если это хоть немного поможет…
— Поможет, полковник, — отозвался я. — Да, джинн уже вылетел из бутылки, и вряд ли кому-то под силу засунуть его обратно. Но мы пока еще можем хотя бы не допустить войны, которая вот-вот начнется. И ради этого я доведу дело до конца — чего бы то ни стоило. И поверьте, полковник, — чуть возвысил я голос, — что бы вы ни думали — каждое ваше слово сейчас может спасти сотни, а то и тысячи жизней!
— Боюсь, вы меня переоцениваете, Алекс. — Гровс со вздохом откинулся на спинку кресла. — Но если уж вам так хочется — устраивайтесь поудобнее. Вряд ли разговор получится коротким.
Я до последнего не верил, что смогу вот так запросто вытянуть из старика хоть что-нибудь, кроме пары общих фраз… или настойчивого предложения убираться подальше и не возвращаться без официального предписания.
Но сегодня мне, похоже, везло.
— Господи, как же это было давно… Не знаю, с чего и начать. — Гровс на мгновение задумался — и вдруг посмотрел мне прямо в глаза. — Вам приходилось слышать о проекте «Чародей»?