Наступает вечер. Торговля закончилась. «Вертушка*, кроме магазина, привезла два кинофильма. А потом два месяца батальон смотрел «Рэмбо». Начальник ПО* бригады, наверное, хотел наш дух поднять. Правда, сам-то не посмотрел. В этом фильме С.Сталлоне воюет в Афгане и убивает целую дивизию Советских войск. Ничего больше не скажешь про начальника ПО – болван.
Перед праздником.
Перед праздником.
Бойцы уселись смотреть новые фильмы, потом – праздничный ужин и, конечно, у них праздничное курение анаши на ночь. Офицеры собрались в палатке артиллеристов.
В принципе, ужин был хороший. У пуштунов барана купили, приготовили плов, шурпа, естественно консервы. Затем песни. Кузьмищев Василь Васильевич взял гитару. «То-то не ветер ветку клонит, не-е дубравушка шумит…» Помнишь, наверное, читатель, эту песню. Потом Андреев что-то спел, затем пели у кого чем душа горит. Гришка Кудрявцев, командир батареи «ГРАД*, все к Вальке прицеливался. В конечном итоге выцепил.
Пока Андреев с Кузьмищевым соревновались в том, кто больше песен знает, он ее и увел. В палатке раздастся:
Черный корон, что ты вьешься.
Над моею головой?
Ты добычи не добьешься.
Черный ворон, я не твой…
Гришка под эту песню умыкнул Валю. Он, правда, не знал, что она влюблена, то есть ее историю. Пошли они к артбатарсе машин «ГРАД», которые стояли рядышком, развернутые, готовые к бою. Он ей там что-то рассказывает, она отнекивается. Время уже 12 часов ночи.
–Гриш, а можно я постреляю из «Града»?
–Валют, что для тебя не сделаешь? Пошли в машину.
–А это что за рычаг, кнопки?
-Для дураков, чтобы чужой не выстрелил.
–Ты мне покажи, я выстрелю.
–Подожди еще десять минут, в 12 часов 10 минут мы обстреливаем «духов», то есть по целям бьем. «Духов» там может и не быть, ну это без разницы.
Работа есть работа. Г. Кудрявцев вызвал старшего наводчика. Раньше они назывались фейерверками. Уткнулись в карту, о Черный ворон, что ты вьешься. Над моею головой?
Ты добычи не добьешься. Черный ворон, я не твой…
то спорили, задали координаты «пакету*» и
–«Огонь»! Один снаряд, правда, Гришка оставил для Вали.
–Ну что, стреляй. Вот этот рычажок сдвинь и круги эту ручку.
–Я боюсь.
–Да чего там бояться?
–Огонь!
–Нет, давай лучше ты стрельни, а я в стороне постою, – умоляюще сказала Валя.
–Ладно, – согласился Григорий.
Валя вышла из кабины, обошла машину, помахала рукой Гришке, стала сзади. Гриша не посмотрел, где она? Выстрел, похожий на взрыв. Крик, шум, бегут бойцы. Валя стояла сзади. После третьего стакана, «пакета». Огнем и мелкими камушками ей посекло лицо, не считая того, что откинуло на пять метров. Ничего, синяки пройдут.
Григорий Кудрявцев – хороший парень. А фамилия его соответствует волосам.
Есть такая болезнь – ностальгия – тоска по Родине. Каждый ее убивает как может. Гришка развлекался отстрелом мышей. Весь батальон жил в палатках, а артиллеристы выкопали две землянки. Летом в них хорошо, прохлада. Но зато мыши водились. Хотя мыши лучше скорпионов. Вот он сидит на топчане, прицелившись в угол. Вот-вот откуда вылезет мышь. Показалась мордочка, сама вылезла. Выстрел – и все.
* * *
Наступил новый день. Утром прохладно. Все бушлаты надевают. Зато днем! Весь взвод с голым торсом, только «лифчики», да штаны.
Праздник продолжает батальонный доктор ст. л-т А.Федоров (второй слева), Л Андрееву пора в Пальчухамед.
Праздник продолжает батальонный доктор ст. л-т А.Федоров (второй слева), Л Андрееву пора в Пальчухамед.
Дали команду выехать на сопровождение колонн. Что ж, вперед! Впереди, как всегда, БМР (боевая машина разминирования). Командиром там Серега Кунин с позывным «Луна». Так его и звали. Был с ним случай. Он и командир танковой роты жили в палатке восьмой роты. Полдень. Жара. Все изнемогают. Тут появляется Серега, «НИКАКОЙ». Командир танковой роты Миленный Михаил Михайлович давай ею подкалывать.
–А вот сейчас не сможешь запал взорвать.
–Смогу.
–Да не гони. У тебя руки не те.
–Смотри.
Тут Серега вытаскивает запал, присоединяет провода, и к «адской машине». «Куда бы этот запал засунуть? В тумбочку! Это идея», – крикнул Сергей. Кладет в верхнюю часть тумбочки, закрывает ящичек, затем дверцу, удар ладонью по шляпке рукоятки взрывателя и тумбочка развалилась. Потом Сергей упал на свою кровать. Михалыч набрал кружку воды: