– Слава богу.
– Боишься остаться со мной в одной кровати? – губы Баррета изогнулись в усмешке.
– Конечно же, нет.
– Да ладно, ты только что чуть не обделалась от страха, что здесь может быть всего одна спальня.
– Это потому, что я не привыкла спать с незнакомцами.
– Думаю, это скорей оттого, что ты боишься, что не сможешь себя контролировать рядом со мной.
– Прости, что?
Баррет облизал губы.
– Никогда еще не встречал женщину, которая могла бы устоять передо мной.
Боже, пощади. Король Нарцисс.
– Ух ты. Кажется, своим утверждением ты только что достиг нового уровня омерзительности.
– Будь спокойна, дорогая, если мы и окажемся в одной постели, ты будешь первой, кого я не попытаюсь соблазнить, – закатив глаза, ответил Баррет.
За моей спиной возникла Мэри Энн.
– Вижу, ты уже чувствуешь себя как дома, Баррет, – заметила она с легким удивлением в голосе.
Парень усмехнулся.
– Я решил, что если уж придется застрять здесь на сорок восемь часов, то нужно быть уверенным, что у меня будет все, что нужно.
– Полагаю, ты всем доволен?
– Хм, полагаю иначе никак, – подразнил он, скатываясь с кровати.
– Уверена, ты бы справился.
Затем Мэри Энн развернулась ко мне.
– Сенатор Каллаган сообщил, что внизу тебя ждет машина, чтобы отвезти в квартиру за вещами, которые понадобятся тебе в ближайшие две-три недели. Я бы посоветовала взять только самое необходимое. Жить придется в условиях автобуса, а большинство отелей, в которых мы останавливаемся по пути, совсем не похожи на этот.
В словах женщины собрать только самое необходимое крылось явное противоречие. Все казалось мне «самым необходимым». Кажется, я обречена провалить это задание.
– У тебя же нет домашних животных, о которых нужно позаботиться? – спросила Мэри Энн, пролистывая планер в кожаной обложке.
– Нет, – грустно ответила я. Мой голдендудль Кеннеди остался после разрыва у Уолта.
Так как он был собакой Уолта еще до того, как появилась я, было логичным, что он останется у хозяина, хотя на самом деле мы с Кеннеди были гораздо ближе друг другу. Забавно, что я скучала по собаке больше, чем по Уолту. Может быть потому, что собаки более преданны и всегда рады тебя видеть.
– Хорошо, – Мэри Энн кивнула. – Иначе пришлось бы искать место, куда их пристроить.
И снова на меня обрушилась вся тяжесть только что принятых обязательств. Я совершенно не привыкла к такому скитальческому образу жизни. Даже когда родители были на миссии, это всегда было только летом и во время школьных каникул. У нас всегда был дом в Соединенных Штатах, в зависимости от того места, где находилась церковь отца.
Я развернулась к Баррету.
– Ну, наверное, я поеду за своими вещами.
– Не спеши, – он подарил мне гаденькую ухмылку. – Не стоит так торопиться по пути обратно.
Я прикусила язык, чтобы не сказать, что мне не нужно его одобрение. Мне действительно незачем было спешить к нему и нашему совместному заключению. Я ответила отвратительно сладкой улыбкой.
– Не буду спешить так сильно, как только смогу, – я потрепала его по щеке, – не утруждайся разрешением.
– Хорошо, лапушка.
Мы стояли друг на против друга в молчании, пока я не послала ему воздушный поцелуй. Баррет медленно покачал головой, словно перед ним находилась неизвестная форма жизни.
– Мы можем идти, мисс Монро? – подала голос Мэри Энн.
Мой взгляд перескочил на нее.
– Да, конечно, – ответила я.
Не добавив больше ни слова, последовала за Мэри Энн к двери. Когда мы оказались в коридоре, женщина ухмыльнулась.
– Как я посмотрю, Баррет нашел себе достойного соперника.
– Либо мы принесем кампании неоценимую пользу, либо поубиваем друг друга, – заметила я, когда мы остановились у лифта.
– Или вы повзрослеете и начнете испытывать друг к другу симпатию.
За закрывшимися дверьми лифта раздалось мое совершенно недостойное леди хрюканье и «я бы на это не рассчитывала».
Глава 5
Баррет
Через несколько минут после того как Эддисон ушла с Мэри Энн раздался стук в дверь. Когда я заглянул в глазок, то наткнулся на озадаченный взгляд Тая. Открыв дверь, встретился с ним лицом к лицу.
– Чувак, ты меня разочаровал! Где шампанское, чтобы отметить мое предсвадебное волнение?
– Так ты действительно обручен? – глухо поинтересовался он.
– Думаю, ты хотел сказать «как бы» обручен.
– Да без разницы, – Тай раздраженно хмыкнул. – Ответь.
– Да.
– О, боги, – пробормотал он, вцепившись рукой в волосы. – Не знаю, во что сложнее поверить: в то, что это организовал твой отец, или в то, что ты на самом деле согласился.
– Не то чтобы у меня был большой выбор.
– Он что решил припугнуть тебя работой или наследством?
– Да, но оказалось, что он блефовал.
– Тогда зачем ты согласился?
– Он повернул это так: если он не получит номинацию от партии или президентский пост, смогу ли я жить спокойно, зная, что не сделал все, чтобы помочь ему победить?
Тай вздрогнул.
– Эмоциональный шантаж хуже всего.
– Кому ты это говоришь.
– Ладно, значит, ты обручен, – Тай медленно покачал головой. – Черт, не думал, что когда-нибудь произнесу эти два слова в одном предложении.
– Я тоже не думал, что когда-нибудь их услышу.
Шок на лице Тая уступил место любопытству.
– И как тебе будущая миссис Каллаган?
– Настоящая ведьма, – проворчал я.
– Они что навязали тебе какое-то пугало? – Тай нахмурился.
– Нет, ничего такого. На самом деле, она очень даже ничего.
– Тогда в чем проблема?
– В том, что она зажатая хористка с замашками феминаци.
– Проклятье. Звучит уныло.
– Так и есть. Я собираюсь удариться в пьянство, чтобы пережить следующие несколько месяцев рядом с ней.
– Не может быть, чтобы все было так плохо.
Я пожал плечами.
– Поверь мне, все именно так. Но наши чувства взаимны. Она так же искренне меня презирает.
– Вы провели вместе всего полдня, как вы можете так сильно друг друга ненавидеть?
– Не знаю, мужик. Пожалуй, это талант, – я покрутил шеей и повел плечами, пытаясь немного снять напряжение, вызванное последними событиями. Почувствовав, как вокруг меня сжимаются стены, понял, что мне нужно бежать.
– Слушай, мне нужно переодеться и немного размяться.
Тай выразительно приподнял брови.
– Это не совсем то, что я ожидал от тебя услышать.
– Ты решил, что я предложу сменить имя и бежать со мной из страны?
– Нет, – ухмыльнувшись, ответил Тай. – После того, как ты сказал, что собираешься удариться в пьянство на следующие несколько месяцев, решил, что ты попросишь отвезти тебя куда-нибудь, чтобы устроить безумный загул.
– Соблазнительно, но я застрял здесь на все выходные, чтобы мучительно знакомиться с моей ненастоящей будущей женой. Не думаю, что у меня это получится, если я буду «в дрова» или с похмелья.
– Тебе не раз удавалось заключать сделку, будучи «под мухой».
Я с отвращением фыркнул.
– С Эддисон не будет никакой сделки.
– Почему нет? Ты же сказал, что она горяча.
– Да, горяча, как раздражающая чесотка.
Горяча, потому что меня сводила с ума одна мысль о том, что как бы сильно я не старался, я не смогу ее получить.
– Для таких случаев есть мазь, – поддразнил меня Тай.
– Ха, ха, – меня передернуло. – Нет, этого не будет.
Я удержался от замечания, что у Чарльза Мэнсона было больше шансов затащить Эддисон в постель, чем у меня.
– Вот дерьмо... – Тай вытаращился на меня. – Теперь я понимаю, что с ней не так. Ты наконец-то нашел женщину, с которой не слетают трусики от одного твоего взгляда.
– Я тебя умоляю. Я могу завалить ее, когда только захочу.
– Ставлю десять сотен, что не сможешь, поэтому ты так и напряжен.
Будь проклят Тай и его способность видеть меня насквозь. Я был опьянен встречей с Эддисон, она была полной противоположностью той девушки, которую я ожидал встретить. С самого пубертатна женщины практически набрасывались на меня. Я никогда еще не встречал той, которая бы не завелась от меня, и меньше всего готов был увидеть ту, которую отталкивал весь мой вид. Эддисон не просто задела мое самолюбие, она растерзала его на части.