О гусятах и цыплятах, так неожиданно свалившихся на мою голову, подруга была уже в курсе.
- Так они, наверное, тебя уже не раз недобрым словом вспомнили за это утро!
- Не думаю. За ними обещала бабушка Нюра до обеда присмотреть.
- Ты теперь со своими соседями совсем будешь не разлей вода, да? – тут же подковырнула подруга.
- Да как обычно всё. А почему ты так решила?
- Да просто я сейчас к тебе шла, а она просила передать, чтобы ты на обед к ним приходила. А ещё я твоего Матвея видела. Он там во дворе что-то делает. Даже молоток и гвозди у него в руках видела, представляешь?!
- А он, по-твоему, не способен?! - мне даже обидно за Матвея стало, - можно подумать, что только ваш Артём может сам себе дома строить!
- Да ладно тебе, не злись! – Юлька в знак примирения даже руки вверх подняла, - поняла я уже, что Самойлов Матвей – это запретная тема.
Я неопределённо хмыкнула. Юлька тоже что-то себе под нос пробормотала.
В дверь снова постучали. На этот раз пришёл Матвей – звать меня на обед.
Они с Юлей перекинулись парочкой колких фраз. Пришлось даже вмешаться в их диалог.
- Надеюсь, что пока я буду переодеваться вы не подерётесь?!
Не подрались. Только вот когда я показалась в гостиной, где, насупившись друг на друга сидели эти двое, вообще растерялась. Они оба уставились на меня.
- Это что? – первой не выдержала Юля. И на мой сарафанчик показывает.
А что не так? Сарафан как сарафан. В меру длинный, не в обтяг.
- Не обращай на неё внимания, тебе очень идёт.
Комплимент от Матвея вернул мне немного уверенности.
- Да уж. Вот так люди и меняются, взрослеют, - изрекла Юля. При этом ничего больше добавлять и пояснять не стала.
Ну и ладно. Не буду же я теперь как прежде в шортах и топе щеголять?
И уже перед калиткой Самойловых подруга сказала, но так, чтобы Матвей не слышал:
- Сегодня у Тёмы новоселье. Не придёшь – обижусь прежде всего я. Потом не удивляйся, если у тебя на одну подругу станет меньше.
Сказала и ушла.
- Есень, ну ты идёшь?
Да уж, не долго мне грустить дали после ухода подруги. Матвей оказался тут как тут, сгрёб меня в охапку и жадно поцеловал. А я…я никаких не имела сил отказаться.
Наконец, оторвавшись друг от друга, переведя дух, но всё так же плотно обнявшись, смогли нормально соображать.
- У меня от тебя полностью сносит крышу, звёздочка, - признался Матвей мне куда-то в макушку.
- А что если у меня к тебе тоже самое?
- Значит есть только один выход.
- И какой?
- Поддаться друг другу. А там видно будет.
После этих совсем сбивающих с толку слов он чмокнул меня в ту же макушку и, взяв за руку повёл за собой.
- Пусти, твои же увидят, - запротестовала я и попыталась ладонь вырвать.
- Можно подумать, что они и без этого не догадались!
- Но я так не могу! Мне…мне стыдно!
Я упёрлась ногами в землю.
- Ладно, так и быть, иди сама. Только это ненадолго, звёздочка. Все вокруг итак уже обо всём про нас догадались. Даже твои братья.
- Да, я знаю. Мы с ними полночи вчера проболтали. И я буду за ними очень скучать.
- Зато я нет! Как вспомню вчерашнюю баню, так до сих пор выпороть твоих «роднулек» руки чешутся! Вовремя они уехали, Есень.
«Уж какие есть у меня родственники. С такими вот и уживаемся, стараемся искать компромиссы и лишний раз не ссорится» - примерно такие мысли крутились в моей голове в ответ на замечание парня. Хотя и его тоже понять хорошо можно.
Я не стала Матвею в подробностях рассказывать, как Корней с Венькой отгребли от отца за свою выходку. Хотя всё это была инициатива именно Вени. Уж очень он за что-то взъелся на Матвея.
Обед у Самойловых был как всегда очень вкусным. Правда за столом на этот раз царило какое-то спокойствие чрезмерное, что ли. И дед Кузьма и бабушка Нюра оба были какие-то напряжённые.
Всё встало на свои места уже после того как мы пообедали и вошли в дом. Бабушка отлучилась в свою комнату буквально на пару минут. А потом вернулась. В руках у неё были те самые вещи, что она вчера с любовью и старанием прикупала для Матвея. Даже спрашивала нашего совета.
- Ба, ты опять за своё?!
Это Матвей. Он так возмутился, увидев бабушку с этими покупками, что я от неожиданности даже на месте подпрыгнула.
- Но почему, внук? – а это уже дедушка вмешался в разговор, - мы же с бабушкой от всего сердца это делаем. Были бы твои родители рядом, так этим бы они занялись. Но раз уж ты не хочешь ни отцу, ни матери даже позвонить, то давай хоть мы тебе поможем!