Побледнев, Милдред застыла от услышанного.
- О, как ты с ней! Не пожалеешь, девку? Маленькая ведь она еще… глупенькая.
- Раз на деньги соблазнилась – значит, уже выросла и готова за них расплачиваться!
- Да не на деньги она соблазнилась, - защищая «работницу», себе под нос завозражала старуха, - на хорошую работу… не сладко, видно, ей там живется, раз на каторжную работу согласилась. Зачем тогда туда рвется?
- Никто не смеет против моей воли идти – раздавлю! Я Правитель и так будет всегда!
28 Четвертый день "каникул"
Остановилась Соня, когда сил не осталось.
Дорога шла через лес, и она решила, что это безопаснее, чем общение с «живыми», закуталась в плащ, села на обочину, ткнулась лбом в колени и забылась чутким сном…
За секунду до смертельного броска она почувствовала запах зверя, но среагировать не успела… Огромный, голодный волк прыгнул ей на спину и вцепился в горло мертвой хваткой.
Соня рухнула на колени, ткнулась головой в землю и успела подумать, что вот так же стоял на коленях Гай: к верху задницей, головой в землю и молил о пощаде…
По инерции волк перевалился через спину Сони, упал на дорогу, не выпуская из пасти… прокушенный насквозь плащ и рюкзак, потянув ее за собой.
Дернув завязки плаща, Соня рванулась, и волку, барахтающемуся под плащом, пришлось выпустить свою «добычу».
Соня скинула порванный рюкзак, из него на землю выпал «перекус» гоблина…
«- Если бы не набитый рюкзак – вцепился бы в шею… - подумала Соня. – Вот я тебя сейчас!»
Она подняла руку, замахнулась, но почему-то остановилась…
Выскочивший из-под плаща волк смотрел на нее с человеческой мольбой.
Соня поняла, что это была голодная, недавно родившая волчица (набухшие соски выступали над шерстью) и пожалела ее, достала из тряпицы вяленое мясо и бросила в сторону волчицы. Та набросилась на мясо и стала с жадностью есть. Когда все валеное мясо исчезло у нее в желудке, волчица развернулась и убежала в лес.
А Соня, достав из разорванного рюкзака одежду, начала переодеваться, заметила открывшуюся рану на запястье (видно гоблин, заламывая ей руки, содрал тонкую кожу с едва закрывшейся раны) и, покопавшись в рюкзаке, в поисках чего-нибудь годного для перевязки, достала баночку с мазью.
- Хорошо бы Живой водой промыть, - намазывая рану, пожалела Соня. – Но за неимением другого – сойдет и это.
Но через несколько минут она почувствовала себя совсем разбитой, да еще и с температурой.
- Это от стресса, - решила Соня.
И в путь не двинулась, залезла на дерево, привязалась к стволу и, запахнув полы плаща, дала себе время поспать и «переболеть».
29
До пещеры Дракона-Хранителя Соня добежала совсем без сил и, прежде чем вступать в «мирные переговоры» с огнедышащим монстром, решила отдохнуть и ознакомиться с местностью – на такой скорости смотреть по сторонам не получалось.
Она села на травку, привалилась спиной к дереву и стала рассматривать горную гряду, куда ей еще предстояло подняться.
Это была длинная горная гряда с тремя высоченными вершинами, уходившими в облака.
Отдохнув, Соня стала пробираться к средней, самой высокой горе между огромными валунами и нагромождением камней. Взобравшись на очередной каменный утес, Соня посмотрела вниз и ахнула: перед ней в окружении скалистых гор, у подножия высоченной горы раскинулась небольшая цветущая долина – рай среди камней! С некоторых скал в долину стекала хрустальная вода, ручьями растекаясь по зеленой траве, небольшие, цветущие деревья в пенно-розовом кружеве цветов окаймляли долину…
- Ух, ты! Какая красота! – восхитилась Соня и стала спускаться в долину.
Солнце светило прямо над головой, под ногами хлюпала вода, в плаще было жарко, его полы напитались водой и стали тяжеловесными, но Соня, не снимая плащ, упорно тащилась вперед.
Подойдя к горе, она увидела пещеру и замерла, не решаясь войти туда.
Почувствовав чей-то взгляд, Соня оглянулась…
На каменном утесе, словно каменное изваяние, стоял Дракон. Черная с зеленым отливом чешуйчатая кожа сверкала на солнце. Желтые глаза его смотрели прямо на девушку.