Проматывать дальше она не стала — увидела даже больше, чем хотела. Погасила экран, положила телефон обратно в сейф и обернулась к Артёму. Парень был чернее ночи. Майя сочувственно тронула его за плечо.
— Вы всё понимаете, правда? Только круглый идиот мог куда-то поехать в чужой стране без денег, документов и мобильного. Кирилл на идиота не похож совершенно. Ульяна права, с ним что-то случилось в горах. Нужно звонить — чтобы сразу, как позволит погода, к нам пришла помощь. Мы и так потеряли многовато времени.
Снаружи по-прежнему завывал ветер, сплошной стеной валил мокрый снег. Гирлянды, которые полдня назад столь старательно развешивали, за снегом совсем исчезли, а фонарь над воротами казался мутным жёлтым пятном.
Не обменявшись больше ни словом, Майя с Артёмом вернулись вниз. В столовой ещё продолжался ужин, но разговоров почти не было слышно. Ульяна, бледная до синевы и осунувшаяся, стояла напротив входной двери — прислонилась спиной к стене и обхватила себя руками.
— Пойдёмте с нами, — позвал её Артём. — Будем звонить.
Заходить в кабинет Ульяна не стала, замерла в дверном проёме, Майя же села у телефона рядом с Артёмом.
— Я сначала свяжусь с нашим… — начал он, поднимая трубку.
Но вдруг снаружи протяжно и глухо загрохотало, как будто к снежной буре присоединилась гроза, и в доме и во дворе погас свет.
Артём уронил трубку на рычаг и выругался, однако быстро взял себя в руки. Высунулся в коридор, чтобы быть услышанным в столовой, и крикнул:
— Без паники! Друзья, без паники! У нас такое бывает. Нури сейчас запустит генератор.
Ситуация, видимо, в самом деле, была штатной, ибо через минуту дом снова приветливо вспыхнул своими бесчисленными лампочками — его обитатели даже не успели разволноваться.
— И часто у вас такое бывает? — спросила Майя.
— Летом не было, а с осени уже четвёртый раз, — пожал плечами Артём. — Мы привыкли, только придётся экономить свет, пока не починят. Не беспокойтесь, схема отработана, — он снова поднял трубку, приложил к уху и с озадаченным видом несколько раз нажал на рычаг. Потом вернул её на место и сообщил: — А вот такого не было ни разу. Похоже, телефон накрылся вместе со светом.
— Как… накрылся? — мёртвым голосом спросила Ульяна, так и стоявшая в дверях.
— Ещё б я знал! Гудка нет. До того, как погас свет, он вроде был.
Ульянино терпение иссякло. Она всплеснула руками, выкрикнула что-то неразборчивое и убежала наверх.
На всякий случай, Артём и Майя вместе проверили телефонный шнур и вилку — и то, и другое было в порядке, а вилка и вовсе оказалась допотопной, из тех, какие без отвёртки из розетки не вытащишь.
— Значит, точно что-то на линии, — мрачно заключил Артём. — Но мы с Нури ещё попробуем разобраться.
— Разбирайтесь, — с усталым вздохом сказала Майя, — а я пока поднимусь к Ульяне.
Ей было, о чём потолковать с девушкой.
Глава 7. Девичьи слёзы
Майя заглянула на кухню, разжилась там бутылкой воды и стаканом и пошла на второй этаж. Приглушённые рыдания она различила ещё на лестнице; на стук Ульяна не ответила. Помедлив, Майя попробовала сама открыть дверь, и та легко поддалась — запереться хозяйка комнаты не потрудилась. «Будем считать это знаком, что я поступаю правильно», — решила Майя и шагнула внутрь. О данном себе обещании не лезть в чужие дела она сейчас даже не вспоминала.
В комнате было темно, хоть глаз выколи — свет Ульяна включать не стала, а фонари с этой стороны дома теперь не горели. Майя ощупью добралась до кровати, села на краешек и позвала:
— Уля!
Девушка вздрогнула и перестала всхлипывать.
— Телефон заработал? — спросила она невнятно — лежала, наверное, лицом в подушку.
— Ещё нет. Я хотела сказать, что Кирилл забыл мобильный в номере — потому только и не отвечал на твои звонки.
Майя надеялась, что известие о забытом телефоне заставит Ульяну немного воспрянуть духом, но та почему-то заплакала ещё горше. Майя наугад протянула руку, наткнулась на узкую содрогающуюся спину и принялась осторожно её поглаживать.
— Ну ладно, ладно, хватит. Ничего непоправимого пока не произошло. Вероятней всего, твой друг повредил ногу…