— Подслушала разговор с Борей. Нечаянно! — поспешила объяснить Ульяна. — Я нагрубила вам, когда вы принесли завтрак. И мне стало стыдно. Человек полночи со мной возился, теперь вот еду принёс, а я… Подумала, надо извиниться. Поднялась в мансарду… ваша дверь была неплотно закрыта… и услышала про «этого, с усиками», который «пропал в горах». Ну, и дальше тоже. Потом убежала — неловко было, что подслушивала. Ждала, что вы придёте и сами всё расскажете. А вы не пришли. Но зато появились позже, с обедом. И вели себя так, словно хотели тайком осмотреть мою комнату. Я поняла, что Кирилл где-то в доме, и вы его ищете. Ну и вот… Стала следить, через окно и просто так. Увидела, как вы с Нури огибаете дом, и пошла за вами.
Майя молчала, изумлённая.
— Пустите меня к нему! Пустите, пожалуйста! — взмолилась девушка.
Майя переглянулась с Нури.
— Делайте, как считаете нужным, — уронил егерь.
Вправо-влево-вверх, вправо-влево-вниз… На этот раз проход Майя открыла сама.
— Иди.
— Спасибо! — шепнула Ульяна и юркнула во мрак.
Даже фонарик не попросила.
Глава 13. Сообщники
С минуту Майя и Нури стояли, глядя в тёмный проём, в котором пропала Ульяна. Потом Майя негромко заметила:
— Нужно закрыть тайник, пока сюда не пришёл кто-нибудь ещё.
Егерь кивнул, нащупал ногой пружинящий участок пола, на который только что случайно наступила Майя, нажал посильнее — и стеллаж с бутылками снова поехал вбок, загораживая потайной вход.
— Давайте, подождём ещё немного, — предложила Майя. — Только свет нужно выключить, чтобы нас не засекли снаружи.
— Давайте, — кивнул Нури и погасил фонарик.
— Отчасти вы были правы, Нури, — всё так же тихо произнесла она, сочтя необходимым расставить точки над «i». — Кирилл не преступник и не скрывается от правосудия.
— Ему угрожали? — спросил невидимый Нури.
— Нет. Он хочет убежать от самого себя. Он считает, что его старая жизнь рухнула, и собирается начать новую.
— Я же вам сразу так и сказал, — буркнул егерь.
— Верно, вы сразу всё поняли правильно. Но есть две сложности. Во-первых, затея заведомо обречена на провал — убежать от самого себя ещё никому не удавалось. А во-вторых… видите ли, в старой жизни Кириллу есть, что терять. Просто сейчас он этого не понимает.
— Вы об этой девочке, Ульяне?
— Нет. Вернее, не только о ней. В Воронеже у него остались сестра и сын. Кирилл уверен, что у него нет шансов наладить с ними отношения. А я уверена, что он заблуждается.
— И что вы теперь будете делать? — помолчав, глухо поинтересовался Нури. — Отнимете у него возможность сбежать? Кто вы такая, чтобы распоряжаться его судьбой? Почему вы решили, что имеете на это право?
«Никто, — напомнила себе Майя, — Кириллу я никто. Если уж на то пошло, я никто всем участникам этой истории. Я не хочу вершить чужие судьбы, я не за тем сюда приехала — со своей бы судьбой разобраться!..»
Но человеку, который стремится ни во что не вмешиваться, следовало изначально держаться подальше от истории с исчезновением Кирилла — как, собственно, и поступило большинство обитателей «Сердца гор».
Не слушать Ульяну, не тормошить Артёма, не смотреть Борину запись, не устраивать расследование…
Удался бы тогда Кириллу его побег или нет, неизвестно, но к Майе это, в любом случае, отношения не имело бы.
Теперь же, хочешь не хочешь, игру придётся доигрывать.
Майя тяжело вздохнула и повторила сказанные Кириллу слова:
— Не знаю я, Нури, что делать. Не знаю! Я должна подумать.
И это был абсолютно честный ответ.
Она, действительно, не понимала, как вести себя дальше. А кроме того, устала до такой степени, что не способна была даже толком оценить имеющиеся возможности.
Ей то представлялся потерянный и сломленный Кирилл, которого извлекают из схрона «как лисицу из норы, всем на посмешище» — Майя сознавала, что это его добьёт, и не могла допустить такого исхода.
То у неё вдруг начинал рождаться какой-то безумный голливудский план, в котором она, Нури и Ульяна помогают Кириллу покинуть «Сердце гор» втайне от Артёма и от всех остальных — и дальше пусть беглец поступает как знает.