«А что я? Я — ничего! Позвали, так пусть сами начинают!».
Из присутствующих, только маг сохранял индифферентную «морду лица». Остальные с разной степени недовольством осматривали прибывшего. Седрик, тот просто — как солдат на вошь. Бруно с некоторым сожалением, как на убогого. А капитан — с внешне скучающим небольшим интересом. Молчание затягивалось, но Бергфельдвсе же, вздохнув, спросил Седрика:
— Он у вас всегда такой — буйный и безголовый?
Седрик хмуро глянул на парня, пожевал ус, кивнул:
— Всегда! Вот когда больной был — то все больше улыбчивый и спокойный. А как в себя пришел…
Старик махнул рукой:
— Ума вообще нет, постоянно в какое… к-х-м-м… влезет. Ну и возле баб всегда ошивается. Тут он тоже — хорош!
Бергфельд почесал бровь, кивнул своим мыслям:
— Нордлинг! Головой не блещет, любит подраться, ну и — баб! Да-а-а… А ведь дед был вполне себе разумным воином. Да и отец…
Капитан перевел взгляд на Каннута:
— Я знал твоих близких. Не особо хорошо, но — знал.
За парня вступился маг:
— Ну вы тоже — сравнили! Деду было лет под семьдесят, отцу — хорошо за сорок. А парню и тринадцати еще нет! Подрастет — поумнеет.
— Вряд ли… — покачал головой Седрик, — Такому быстрее башку снесут!
Филип пожал плечами и промолчал.
— Ладно! Завтра мы уедем. Ты пока носа из комнаты не высовывай! — перевел взгляд на парня капитан, — Если что… Скажете, дескать, раны оказались непростые!
Последнее он уже посоветовал старшим.
— Надеюсь, пока лютецкие вернуться в Сентран, эмоции уйдут, да злость немного схлынет. Тем более, это уже не первые поединки были у этой своры.
Бергфельд покачал головой, усмехнулся:
— Маркизу даже посочувствовать можно! Это кто же такой добрый собрал ему свиту, которая даже безголовей нашего юного друга?! Ладно — этот! Сопляк еще… А те-то, казалось бы — уже воины в возрасте, ан — нет!
Каннут, подумав, решил на «сопляка» не обижаться, оскорблением это не выглядело. Скорее — констатация факта!
— Господин капитан! — заерзал он, — Разрешите вопрос?
Бергфельд чуть приподнял бровь:
— Ну хоть вежливости немного научен. Давай свой вопрос…
— А вот… Это что же получается? Эльфийка меня в рыцари произвела, что ли?
Седрик закряхтел что-то свое, недовольное, Бруно почесал затылок, немного озадачен был и капитан. После некоторых раздумий Бергфельд ответил:
— Х-м-м… вопрос такой — непростой. Вроде бы и да, а вроде бы и нет. Графиней она не является, у нее вообще непонятен титул. Для нас — непонятен, может в Сентране кто-то есть более сведущий. Являясь главой миссии, она равна как минимум графу, а то и повыше. И вроде бы — да, может даровать шпоры. Но это — должность, а не титул. И должность — временная. Это такая закавыка… Опять же… Сказать, что она не имела на это право — так чуть ли не прямое оскорбление, а учитывая ее близость ко двору… Лично я бы — не рискнул такого сделать. Надо с графом советоваться! Маркиз бы мог что-то разъяснить, но после двух смертей егоподчиненных обращаться к нему?
Присутствующие жестами и вздохами согласились — глупая затея!
— Так что, парень… Я бы на твоем месте постарался об этом забыть. Да, забыть! Успеешь еще шпоры выслужить, а сейчас это больше политика, чем воинская доблесть. Объявить рыцарем за победу в поединке? Х-м-м… очень и очень спорно! Хотя прецеденты бывали, но там и ситуации были другие. И еще… многие, очень многие и здесь, и в других провинциях королевства, воспримут шпоры из рук эльфийки… неоднозначно! Ты уже должен понимать всю сложность отношений людей и эльфов.
Каннут кивнул:
— Я понимаю и буду молчать. Но! Ведь свидетелями этому были и ваши подчиненные, и эти… из Лютеции.
Бергфельд хмыкнул:
— Своимя скажу, и они просто забудут об этом. А галлы? Еще неизвестно, что их ждет впереди. Как они себя ведут, так и неизвестно — а сколько их вообще выживет к возвращению в столицу. Да и… к тому времени это чуть позабудется, под новыми приключениями.
Потом капитан промочил горло вином, поддержанный в этом всеми присутствующими. Даже Каннуту плеснули в кружку красного вина — Филип буркнул:
— Полезно при кровопотере!
Потом Бергфельд вытер свои рыжие усы и продолжил:
— Я вот что предлагаю, уважаемые! — обратился он к Бруно и Седрику, — По весне отправляйте-ка этого недоросля в Луку, ко мне. Есть у нас всегда, при страже города, несколько молодых новобранцев. Отбирают их из местных юношей, в основном. Из тех, чьи отцы так или иначе отличились перед графом. Там ему найдется занятие! Причем готовят этих новиков мои люди. И уж гоняют их… В общем, дурью мучиться у него времени не будет. И подготовку, опять же, подтянут…