— Ну, хватит, — меня вдруг охватило раздражение. — К тому же, она всё равно выйдет за Сириуса.
— Она — да, — согласилась Дафна. — А Габриэль — нет.
— Что? — я чуть не схватился за голову.
— Мы с Флёр договорились, что, когда придёт время, мы все обсудим возможность… Да что ты волнуешься, до этого момента ещё шесть лет, как минимум.
— Дафна! — простонал я, прикрывая лицо ладонью. Кошка под свитером согласно мяукнула.
14. Змея и жаба
Ко времени нашего занятия с Сириусом я уже отошёл от шока, в который меня повергла коммерческая жилка Дафны, решившей за моей спиной устроить распродажу мест в моём гареме. Кстати, не в первый раз — я припомнил её план устроить мне многочисленные романтические приключения с одноклассницами. В общем, глазик у меня дёргаться не начал, но два мешка попкорна на успокоение ослабевших нервов израсходовать пришлось. Зато фитотерапия помогла — от душевой девочек до Комнаты-по-желанию я шёл в совершенно благостном расположении духа, и только что не напевал себе под нос. Недолго музыка играла.
То есть, Дафна, конечно, всё правильно сделала, но по крайней мере предупредить меня или поставить в известность определённо стоило. Долго ли, коротко ли, но помимо Дафны и Сириуса я обнаружил в комнате Панси. Судя по её унылому виду, её Дафна притащила практически силком.
— Здравствуй, Алекс, — сказала она, потупив глаза.
— Здравствуй, Панси,
Сириус, глядя на наше чопорное приветствие, озадаченно почесал затылок:
— Вы что это, уже поцапаться успели? — спросил он. — Две недели всего-то в школе!
— Мы можем это обсудить, — предложил я ему. — Если хочешь, конечно.
Сириус вытянул вперёд руки, как бы защищаясь:
— Вот, это, наверное — лишнее.
— Ну, и хорошо, — сказал я. — Никогда мне не нравилась эта идея консультантов по семейным кризисам.
При упоминании семейного кризиса щёки Панси слегка порозовели.
— Я совсем не хотела лишний раз тебя тревожить, Алекс, — заявила она.
— Я думаю, что мне будет спокойнее, если я буду знать, что моя сестра способна постоять за себя, — ответил я. Глаза Панси, когда я упомянул про сестру, полыхнули огнём. Не понимаю. Я ей и не нужен, и нужен, причём она, похоже, и сама не знает толком, чего хочет. В общем, собака, что сидит на сене. Или я у неё — как запасной вариант, если её крестовый поход за счастьем на стороне постигнет та же участь, что постигла крестовые походы магглов, и она следит, чтобы её место никто не занял? Зря, конечно. Она у меня вместе с Дафной — единственная и на всю жизнь. Если, конечно, Дафна наступит на горло своим талантам антрепренёра и перестанет меня сватать всем подряд.
Сириус принёс с собой Доктринаматиксы, что и определило тематику нашего занятия — мы занялись отработкой заклинаний. Надо сказать, что по сравнению с тем, что я делал в прошлые разы, использование этих артефактов выглядело практически жульничеством. За час я повторил Редукто несколько тысяч раз, и уже при мысли об этом заклинании моя рука непроизвольно дёргалась. Сириус, что интересно, тоже занимался вместе с нами. Жаль, конечно, что никакие умения в мире не помогут ему справиться с тем, что нас всех ожидает в будущем, но с бытовыми проблемами какой-нибудь Бомбарде, выпущенной умелой рукой, справиться вполне по силам.
Когда мы закончили, Дафна изъявила желание, чтобы я её проводил до Слизерина. Я предложил ей локоть, и за другую руку тут же уцепилась Панси. Одно могу сказать — тактика пробуждения в Панси духа соперничества вполне приносит свои плоды — мне был очень приятно ощущать тепло Паркинсон, прижимающейся к моему левому боку, и я воспринял это, как награду за моё терпение ранее. У входа в Слизерин она удивила меня ещё раз. Дафна в своих настойчивых попытках разжечь в подруге пламя страсти не придумала ничего лучше, чем повиснуть на мне с поцелуем. Ни я, ни она не обратили внимания на тихие шаги уходящей Панси, когда та в панике решила оставить нас одних.
— А где Панси? — озадаченно спросил я, когда мы оторвались друг от друга, чтобы перевести дух.
— Страдать ушла, — пожала плечами Дафна. — Не отвлекайся!
На следующий день меня ожидал ещё один сюрприз. Поскольку день снова выдался ясный и не очень холодный, я отправился обедать на уже облюбованную лужайку, и вслед за мной потянулись одноклассницы. Когда все уселись, к нам пожаловали ещё три гостя. Точнее, сначала — два, причём, таких, что я меньше всего ожидал здесь увидеть. К нашей группе подошли Гойл с Крабом и нерешительно замерли у края стайки девушек. То есть, “нерешительно” — это видел только я, поскольку уже немного с ними пообщался. Слизеринки, наверное, тоже смогли оценить. А для остальных двое-из-ларца выглядели, как обычно — просто смотрели в никуда ничего не выражающими взглядами. Мне даже стало интересно, как поступят девчонки.