Ничего, хорошо поступили. Освободили пару мест внутри кружка, слегка потеснившись, и дали Крабу с Гойлом сесть. Те распаковали обед и молча приступили к трапезе, казалось, даже не слушая мою Оду Гермионе Великолепной, которую я продолжал складывать каждый раз, как мы собирались не для того, чтобы готовиться к урокам. И минуты не прошло, как они уселись, как к нам присоединилась ещё одна гостья — Луна! Я и до этого частенько ловил её оценивающий взгляд на нашей компании, а теперь, видать, она решила изучить аномалию изнутри, внедрившись в ряды “агентом под прикрытием”. Её приход сразу внёс некую сумятицу в нашу стайку, поскольку она сразу же решила со всеми перезнакомиться. Для разминки.
Вторник ознаменовал себя сюрпризом с самого утра. То есть, с того самого, что у меня в пять часов начинается. Когда я вышел из замка в сопровождении Рона, Невилла, Шеймуса и Дина, то сразу наткнулся на две мрачные массивные фигуры. Мои товарищи было отшатнулись, ожидая худшего, но я дал команду на бег:
— Так, сегодня у нас в последний раз один круг бегом вокруг замка. Завтра начнём бегать два. Рон первый, за ним — Шеймус, Невилл, Дин, Грег и Винс. Я — замыкающий. Вперёд!
— А что Гойл с Крабом… — выпятил было нижнюю губу Рон.
— На зарядку с нами пришли Грег и Винс, — перебил я его, подталкивая в сторону нашей тропки. Гойл с Крабом с таким же безразличным видом пристроились позади Дина и потрусили со всеми. На, собственно, зарядку мы направились к стадиону. Там были турники, скамейки и брусья, так что помимо отжиманий и приседаний можно было делать упражнения на пресс и спину, отжиматься на брусьях и подтягиваться. Гриффиндорцы остались в некотором шоке, когда Гойл с Крабом спокойно подтянулись по десять раз, по-моему, даже не напрягаясь при том, что никто другой, помимо меня и них, даже пяти раз не осилил. Мы добежали обратно, и внутри замка парни из Слизерина сразу отделились, двинувшись в сторону подземелий.
Меня совершенно не волновало, каким способом им стало известно о наших утренних занятиях — во первых, мы особо и не таились, и любой случайный свидетель мог видеть нас в полный рост; кроме того, мы, то есть, Бродяга, Лунатик, Паркинсоны и Гринграссы, вроде как, договорились, что каждый сам для себя решает, что из происходящего стоит передавать нашим друзьям или союзникам — а Краб с Гойлом, безусловно, входили в когорту “союзников”, пусть нам даже и не известно, кто помимо них входит в эту движимую миссис Малфой когорту.
На зельеварении мы с Герми и Дафной нарвались на отработку. То есть, даже не нарвались, а напросились или даже навязались, поскольку профессора пришлось буквально уговаривать нас наказать. Еще в начале урока все девицы, как по команде, полностью экипировались — надели халаты маски и толстые фартуки и перчатки. Безразлично поглядев на прекрасную половину нашего класса, облачающуюся по высшему разряду, и на меня, незаметно проделывающего то же самое, Гойл с Крабом дружно развернулись и пошли к шкафам со спецодеждой. Хм. Не знаю, есть ли в их круглых котелках мозги, но практическая смётка — точно наличествует!
На уроке, как только Снейп дал отмашку творить, Дафна и Гермиона сразу же приступили к изготовлению нужного состава. Поскольку они сидели с разных концов нашего кружка, то зона охвата обещала быть просто гигантской. Дафна доделала первой и улыбнулась мне, вызвав у Герми раздражённую нервозность своей победой в их маленьком состязании. Вот, Гермиона тоже доделала и хмуро кивнула. Потом обе взяли по капельке слизи шерстяной улитки, втянув голову в плечи, капнули каждая в свой котёл и сразу залезли под столы.
— Бум! — казалось, весь Хогвартс содрогнулся. На месте разорвавшихся котлов Дафны и Герми пухла и пузырилась грязно-зелёная масса, очень быстро занимая собой всё доступное пространство. Ещё пара минут — и всё помещение оказалось ей затоплено. Выбор рецепта был неслучаен — нужна была смесь вонючая, но безвредная, в которой можно было бы дышать. Когда масса начала спадать, и из-под неё показалась всклокоченная голова профессора, и он завопил, что есть мочи:
— Лонгботтом!
— Он в больничном крыле, профессор, — подал голос я. — На трансфигурации превратил себе руки в щупальца осьминога.
— Вы! — Снейп устремил на меня злобный взгляд. — Мистер Поттер, вечерняя отработка!
Где-то из-под пены в углу, где Панси сейчас пыталась что-то из под этой пены извлечь, послышалось истерическое хихиканье Малфоя.
— Но это не я, профессор, — возразил я.