Наконец, обморочная перестала скакать и заметила меня. Она подбежала к подруге и обняла её, прячась за спиной.
— Ч-что вы буду с нами делать? — спросила она, дрожа от страха. И, может, немного от снега, тающего на её спине.
— Магистр, — добавила вторая, склонив голову.
— Как вас зовут, красавицы? — спросил я. Соврал, конечно. Та, что хлопнулась в обморок, максимум, на шестёрочку тянула по десятибалльной шкале, а стойкая — и вовсе на четыре.
— Меня зовут.. — начала обморочная, но подруга её дёрнула за рукав:
— Молчи, дура, он только этого и ждёт, чтобы над нами власть получить.
— А безымянными вами я, типа, подавлюсь? — поинтересовался я.
Обе задрожали и дружно бухнулись на колени.
— Пожалуйста, не убивайте нас, мы всё сделаем, что захотите, только не убивайте! — запричитали они.
Я подошёл и грозно над ними навис.
— Имена! — рявнул я.
— Меня зовут Абби, — пролепетала та, что получше.
— А я — Аннабель, — хмуро сказала вторая. — Можно просто Бель.
— Ну вот, — улыбнулся я. — Совсем и нетрудно оказалось, правда? Поднимайтесь! — они встали на ноги и в ожидании посмотрели на меня. Мне хотелось выяснить ещё одну вещь. То есть, ничего такого я делать, конечно, не собирался — слова Панси я воспринял очень серьёзно — но мне очень хотелось проверить… — Посмотри, Бель, там денег хватит на комнату в отеле?
Она вытащила из кармана комок из бумажных денег и мелочи и начала считать, разглаживая купюры и укладывая их в пачку. Потом до неё начало доходить, она остановилась и беззвучно захлопала ртом от моей наглости, а потом… А машинально отклонился, пропуская перед собой ладошку, которой она целилась мне в глаза. Тут же она попыталась меня лягнуть в пах, но больно ударилась о незаметно поставленный щит. Абигайль просто стояла без движения, словно мышка, попавшаяся кошке на забаву.
— Тоже будешь трепыхаться? — спросил я её. Она замотала головой. — Тогда пойдём, — позвал я её.
— Нет, — ответила она, едва живая от страха. — Ни за что. Лучше умереть, — а потом затараторила: — У меня есть человек, которого я люблю. Отпустите нас, пожалуйста!
— Это не тот, что тебя в спину толкал, отдавая мне на ужин? — поинтересовался я.
— Ну, может, у меня больше нет любимого, — потупилась она. — Отпустите нас, пожалуйста.
— Хорошая девочка, — сказал я и посмотрел на Бель: — Ножку не сильно ушибла, каратистка?
— Нет, — ответила она и, помедлив, добавила: — Магистр.
— Меня зовут Гарри, — представился я, взял её за руку и рывком поставил на ноги. — Давайте, я вас до дома провожу.
— И потом придёте ночью, чтобы выпить нашу кровь? — спросила она.
— Во-первых, вампир не зайдёт в дом, если ты его сама не пригласишь, — просветил её я, утягивая за собой в сторону более оживлённых улиц. — Пригласишь меня к себе?
— Ни за что, — замотала она головой.
— А во-вторых? — спросила Абби.
— А во-вторых, я сыт и благодушен, — ответил я. — Я поставлю на вас свою метку, чтобы другие знали, что вы принадлежите мне. Если опять встречу с этими недоумками…
— Мы поняли, — быстро сказала Аннабель.
— Отлично, — кивнул я.
Мы проводили сначала её. Поглядев на меня и на свою подругу, она подозрительно спросила:
— Я могу вам доверять?
— Нет, — ответил я. — Определённо, нет.
— Не волнуйся, — успокоила её Абби, которая, похоже, уже совсем расслабилась ввиду отсутствия опасности.
— А деньги? — спросила Аннабель.
— Вампирам деньги не нужны, — сказал я.
Бель неопределённо хмыкнула и зашла в дом.
— Ты же ведь не вампир? — поинтересовалась Абигайль, когда мы дошли до её крыльца.
— Нет, — ответил я. — Я не вампир.
— Ты интересный. Я тебя ещё увижу? — спросила она, искоса на меня глядя.
— Вряд ли, — помотал я головой.
Она прикусила губу и вздохнула:
— До свидания, Гарри.
— Прощай, Абби, — улыбнулся я ей.
До дома было около двадцати минут ходу, и я очень неплохо разогрелся в пути. Когда я дошёл до места, на месте казавшегося заброшенным сада совершенно неожиданно появился дворец. Я постучался, и меня впустил домовой, который был у нас привратником. Едва я ступил на порог, как попал в жаркие объятья мамы, и сразу почувствовал, что мне просто хорошо, а волнения и переживания отступили куда-то на задний план. Она отпустила меня, чтобы я скинул одежду, и наблюдала за мной со счастливой улыбкой на лице. Я подумал, что вот он, человек, который всегда будет любить меня, что бы ни случилось.
— Как ты, любимый мой ребёнок? — спросила она, снова меня обнимая.
— Хорошо, мама, — ответил я.
— Ну да, — согласилась она, отстраняясь и разглядывая меня. — Подрос, в плечах раздался.