— Хорошо, — согласился я. — Хочешь умереть — умирай. Я тебя немного подлатал, и раны твои пока продержатся. Вот тебе ещё обезболивающего и немного еды.
— Спасибо… — кивнул он, поглаживая цилиндр. — Спеши же!
На меня что-то надавило, отталкивая обратно, откуда я пришёл, и я решил не бороться с неведомой мне силой — было очевидно, что парнишка хоть и начинающий колдун, но уже очень сильный, и встречаться с тем, кого он звал даже не Учитель, а Повелитель, мне вдруг резко расхотелось. Ему не было видно, что я делаю с Аркой, да и были у меня некие сомнения в том, выживет ли он вообще на этой планете, которая, похоже, пошла вразнос. Я даже не стал набирать следующий адрес — просто положился на волю случая и сразу вошёл за Вуаль, сконцентрировавшись на противостоянии боли. Безуспешно — она опять застала меня врасплох.
Всё хорошее когда-нибудь кончается. Плохое же имеет тенденцию не заканчиваться, а лишь делать передышку, чтобы подопытный не отдал концы раньше времени. Я вываливался из Арки, трясясь от боли, и несколько минут делал дыхательные упражнения и медитировал. Немного отойдя, я доставал из-за плеча метлу и взмывал вверх — на разведку. Пяток километров километров в какую-нибудь сторону и возвращение по широкой дуге — несмотря на чуждость мира, очки исправно выводили меня точно к Арке, даже когда солнце совсем уже скрылось за горизонтом. В последнем мире я нашёл, что мне было нужно — портал был размещён на высоченной — метров триста — отвесной скале, которая у основания в поперечнике была около сотни метров и заканчивалась идеально ровной площадкой диаметром семьдесят пять.
Над горизонтом вставала луна… Огромная, в треть неба луна с диском астероидов вокруг, которая, проносясь над этой планетой, должна была, по моим прикидкам, корёжить её и рвать на части со страшной силой. Хотя, если мир уж совсем волшебный, то такая мелочь, как прилив, вполне может быть проигнорирована в угоду соображениям, к примеру, эстетичности. Я почему-то был уверен, что “мегамозг” неинтересные для себя миры не “собирает”, и восход такой необычайной луны должен быть столь же безопасен для наблюдателя, сколь и величественен. Усевшись на самом краю обрыва, я достал бутерброд и с удовольствием откусил, болтая ногами и любуясь на небывалой красоты зрелище.
После того, как закончился “сон”, рассказавший мне о том, как прошёл день у Дублёра, мне приснился другой, смысл которого я понял далеко не сразу. Мне привиделась россыпь звёзд на небе и сгустки тьмы между ними. Звёзды медленно кружились в хороводе, постепенно на меня наползая, и когда они оказались совсем близко, я разглядел, на месте каждой по небольшому светящемуся квадратику. Ещё приблизившись, квадратики выросли в размерах, становясь похожими на порталы… или небольшие Арки с прямоугольным проёмом, через который с “той стороны” на меня лилось неземной красоты сияние. Мне показалось, что я повис где-то в пространстве, окружённый мириадами этих “окошек”, и словно что-то толкало меня выбрать одно из них.
Внимательно их разглядывая, я пытался понять, какое именно мне требуется, но они были абсолютно одинаковы, ничем не отличаясь друг от друга. И вот меня что-то кольнуло, когда я взглядом мазнул мимо очередного квадрата, я вернулся к нему и пристально поглядел, силясь осознать, что именно меня в нём зацепило. Притяжение стало сильнее, и портал рывком вырос, то ли приблизившись, то ли просто расширившись достаточно, чтобы проглотить меня целиком. Я решил, что в таком приключении себе отказывать не стоит и сам уже двинулся к нему, коснулся, и… Оказался в незнакомой мне комнате, где, однако, боком ко мне завтракал тот самый счастливчик в тюрбане в компании своей очаровательной спутницы, как же её…
— Э-э… привет! — поздоровался я.
Они оба вздрогнули и повернулись ко мне. Мела! Вот, вспомнил же! Парня зовут Макс, а девушку — Мела!
— Алекс? — нахмурился Макс, в то время как Мела достаточно доброжелательно мне улыбнулась. — Это ты, что ли? Ты как здесь оказался?
— Да так же, как и ты, — улыбнулась Мела. — Здравствуй, Алекс! Завтракать будешь?
— Конечно, — согласился я.
Уж чего-чего, а пожрать мой молодой развивающийся организм всегда рад!
— Это любопытно, — вслед ей улыбнулся Макс, наблюдая, как я усаживаюсь вместе с ними. — Мы же как раз о тебе говорили. Угощайся, Алекс!
37. Два года без права переписки
Проснулся я отчего-то затемно. Голова гудела, словно гнездо лесных пчёл, которое повесили на детском утреннике вместо пиньяты, и по которому уже успел пройтись палкой виновник торжества. Лицо согревало тёплое дыхание уткнувшейся в него Панси. Я осторожно снял с плеча её руку, поцеловал ладонь и приподнялся.