— И ещё физическую форму ему привести в порядок? — а что не так с моей физической формой? Между прочим, заклинания не берут кости. Вон, Дамблдор какой тощий — и чёрта с два его чем проймёшь!
— Это, как раз, у меня первым номером в списке. Как и рукопашка.
— Ты только особо не увлекайся, — посоветовал папа. — А то ложное чувство неуязвимости ему выработаешь. Очень неприятная штука при встрече с каким-нибудь другим задохликом с палочкой.
— Не беспокойся, я через всё это сам проходил.
— А жить где будешь?
— Да хоть в конуре! — ухмыльнулся Бродяга. — Главное, чтобы косточек побольше! — и тут он так натурально облизнулся, превратив свой язык в собачий, что я даже поверил, что слаще сахарной косточки для ничего в мире нет.
— Я думаю, что в Хогсмиде можно поселиться, — подсказал папа. — У них там и в трактире есть комнаты, и в гостинице рядом. Единственное, что маскировкой тебе стоит озаботиться.
— А, ерунда! — отмахнулся крёстный. — уж личину-то слепить мне труда не составит.
— А как же то заклинание, что вы использовали для создания карты? — спросил отец. — Уверен, что у Дамблдора тоже есть что-то похожее.
— Какое заклинание? — подозрительно спросил Сириус. — Ты откуда про него знаешь?
Папа постучал себя пальцем по макушке. Сириус нахмурился, потом его лицо просветлело, он метнул быстрый взгляд в сторону томиков Сценария и хлопнул себя по лбу. Папа удовлетворённо кивнул.
— Тоже не проблема, — сказал крёстный. — Этому заклинанию есть противодействие.
— Какое? — недоверчиво спросил я.
— В полную луну выйти на курган с захоронением, встать лицом к луне, плюнуть вправо, ущипнуть себя правой рукой за левую пятку и сказать «Чур, не я!». До следующей луны это заклинание тебя видеть не будет! — точно, а если садануть себя Ридикулосом, то и год не будет!
На ужин мы отправились к нам. В смысле, в особняк Паркинсонов. Туда же прибыли Гринграссы полным составом. Мы привычно расселись, как в первый раз. Разговор за столом свёлся, в основном, к обсуждению погоды и очередным перестановкам в Министерстве. Девицы делились планами на завтрашний день, в основном, в том, что касалось возможных нарядов. После ужина они потащили было меня в сад, но я, извинившись, предложил им встретиться снаружи. Мне предстояло выполнить запрос одной очаровательной молодой особы. Миссия, в общем. Я отправился в курительную, где взрослые, вооружившись емкостями разного рода для поглощения спиртного, что-то вполголоса обсуждали. Даже Сириус сидел со стаканом, но в нём, как мне было видно, плескался виноградный сок. Войдя, я извинился:
— Прошу прощения, что прерываю. Мистер Гринграсс, не уделите ли вы на пару с миссис Гринграсс мне несколько минут своего времени? — официально обратился я к крёстным. Пераспера кивнула мужу, тот встал и подал ей руку, и мы втроём вышли в зал.
— Что ты хотел, дорогой? — спросила она, прижимаясь к локтю Дэниела.
— Мистер Гринграсс, миссис Гринграсс, — я поклонился им по очереди, — я прошу предоставить мне комнату в вашем доме, желательно, неподалёку от комнаты моей невесты.
— И что же послужило причиной такого запроса, мистер Паркинсон? — сухо осведомился Дэниел.
— Исключительно для восстановления справедливости! — пояснил я.
— Что вы имеете в виду? — спросил он.
— Я имею в виду, что мистер Поттер, жених мисс Паркинсон, занимает комнату совсем рядом с мисс Паркинсон в то время, как жених мисс Гринграсс болтается неизвестно, где! — картинно возмутился я.
— А вы не думали, мистер Паркинсон, что это брат мисс Паркинсон занимает комнату рядом с мисс Паркинсон, и при чём тут запрос мистера Поттера на проживание в моём доме, я просто не смогу понять? — Чёрт! Шах и мат! Пераспера уткнулась Дэниелу в плечо и хихикнула. Он же невозмутимо наблюдал за моими потугами подобрать отпавшую челюсть. — Что, съел? — участливо поинтересовался он.
— Да ладно тебе! — Пераспера с улыбкой повернулась, беря и меня под локоть. — Совсем запугал крестника.
Дэниел всё так же строго смотрел на меня:
— Алекс, ты понимаешь...
— Вам не придётся краснеть за меня! — перебил я его. Он кивнул:
— Я отдам необходимые распоряжения. Приходи через камин, тебя проводят.
Я попытался изобразить поклон, но Пераспера, рассмеявшись, взъерошила мне волосы, убив мои последние потуги придать моменту официоз. Я показал глазами в сторону гостиной:
— Вы там что-то секретное обсуждаете?
— Да нет, — вздохнул Дэниел. — Всё пытаемся понять, что нам делать с этим... Послезнанием.
Я согласно кивнул. Мне эта тема уже надоела хуже горькой редьки. Пускай уж взрослые сами, а то что это — всё я, да я? Так и притомиться недолго.