Паралич [иногда] возникает, знаменуя кризис при куландже; зачастую чувствительность при этом сохраняется, ибо материя тогда пребывает в двигательных, а не в чувствительных нервах. Некоторые древние [врачи] говорят, что бывали годы, когда куландж становился всеобщим и убивал большинство [больных], а кто спасался, тот получал хронический паралич. [По-видимому], естество [в этих случаях] как бы вытряхивает материю, которая поступает в кишки, и возвращает ее к наружным [покровам], но [материя] оказывается слишком густой, чтобы просочиться с потом, застревает в нервах и производит паралич. При таком [параличе] чувствительность в большинстве случаев остается такою, как была.
Есть и такой паралич, который возникает как кризис при острых заболеваниях, когда материя переходит в нервы. Это бывает в том случае, если естество, вследствие [пожилого] возраста или слабости [больного], бессильно произвести полное опорожнение, и в области головы сохраняются остатки материи. Тогда по окончании [болезни] остается головная боль и тяжесть в голове, а затем естество гонит [материю], перемещая ее, но не производя полного опорожнения, и она вызывает паралич и тому подобные [заболевания]. Паралич чаще всего возникает зимой, при сильной стуже, но иногда он бывает и весной из-за движения [соков] при переполнении [тела]. Случается он иногда и в южных странах у людей, достигших пятидесяти лет или близкого к этому [возраста], вследствие истечений, спускающихся из головы, так как натура и на юге обильно наполняет голову [материей].
Пульс у параличного слабый, медленный, редкий, но когда болезнь истощит силы больного и [пульс еще больше] ослабеет, он становится частым и [в биении его] появляются беспорядочные перерывы.
Моча при параличе в большинстве случаев светлая, но иногда она становится очень красной из-за слабости печени, [не могущей] отделить кровь от водянистой влаги, или [из-за] неспособности сосудов привлекать кровь, или вследствие возникающей иногда боли, или же из-за какого-либо другого сопутствующего заболевания.
Бывает и так, что не затронутая параличом половина [тела] пылает, словно охваченная огнем, а другая, парализованная [половина], — холодная и как бы в снегу. Пульс на обеих половинах тоже различный: на холодной половине пульс падает до той степени, какой требуют законы охлаждения. Иногда дело доходит до того, что глаз на больной половине становится меньше. Если расслабленные и пораженные параличом органы имеют тот же цвет, что и остальные части тела, не уменьшаются и не съеживаются, это дает больше надежды, чем противоположные [признаки].
Иногда сакта, падучая, куландж, «удушение матки» и хронические лихорадки после кризиса кончаются параличом.
Паралич, возникающий от смещения позвонков, в большинстве случаев убивает, а [паралич] от толчка, который не сильно ударил по нерву, нередко излечивается; если же он очень силен, то на выздоровление нет надежды. В том случае, когда есть надежда, следует начинать с кровопускания.
Мы уже говорили о том, как материя паралича, распространяясь, вызывает сакту и наоборот.
Лечение.
При пяти заболеваниях нерва, то есть при онемении, спазмах, дрожании, параличе и подергиваниях, должно направить [лечение] на заднюю часть мозга. Вначале не следует спешить с употреблением сильных лекарств; наоборот, отложи их до четвертого или до седьмого дня, а если заболевание сильное, то до четырнадцатого дня. В этот период надлежит ограничиваться легкими средствами, способными смягчать, доводить до согревания и послаблять. В такое время не повредит и клизма. А затем, после этого, производи опорожнение с помощью сильных опорожняющих средств.
Что же касается режима питания, то параличные в начале болезни должны два-три дня ограничиваться, например, ячменной водой, или водой, подслащенной медом. Если силы [больного] это выдерживают, то [так следует делать] до четырнадцатого дня, а если не выдерживают, корми их легким птичьим мясом, Постарайся держать больного впроголодь и затем кормить его пищей с сухим [качеством]; он должен длительно испытывать жажду. [Параличным] полезно закусывать ядрышками орешков большой пинии, так как они обладают особым [целебным] свойством. Знай, что вода для них лучше, чем вино, ибо вино проводит соки к нервам. Вино, [выпитое] в большом количестве, иногда скисает в теле больных и превращается в уксус, а уксус для нервов самая вредная вещь.
[Заболевания нервов], возникающие вследствие сведения или сдавливания, лечат средствами, о которых мы упоминаем в параграфах о сведении и сдавливании [нервов].
Если [паралич] возник от падания или удара, то лечение его затруднительно. Во всяком случае, при лечении смотрят, произошло ли от этого «сведение нерва» или опухоль, или имело место привлечение материи, и каждое [заболевание] лечат соответствующим способом. При лечении такого [повреждения], в каком бы органе оно ни произошло, лекарства надлежит прикладывать на место удара и на то место, откуда выходит нерв, направляющийся к парализованному органу, а прикладывание лекарств на [самый] парализованный орган не приносит сколько-нибудь значительной пользы. [Прикладывай же лекарства] на место, откуда растут нервы, все равно, хочешь ли ты устранить лекарством опухоль или вызвать расслабление, или согреть и изменить натуру.
Иногда возникает необходимость поставить банки возле ушибленного и опухшего органа, когда [опухоль] начала рассасываться; [это делается], чтобы оттянуть кровь куда-нибудь в сторону или к поверхности тела.
Если заболевание представляет собой истинный паралич, возникший от расслабления нерва, то после общих мероприятий следует произвести опорожнение от материи с помощью тех [средств], которые мы упомянули, назначили и определили для опорожнения от жидких соков, и применять их так, [как сказано], не увеличивая и не уменьшая [количества].
Наилучшие опорожняющие средства [для параличных] — пилюли из фурбийуна, пилюли бимаристани, пилюли из клоповника, «вонючие пилюли» и ийарадж Гермеса. Полезно также вызвать рвоту с помощью белой чемерицы самой по себе или выжатого сока редьки, в которую [перешла] сила [чемерицы], а также [при помощи] других рвотных средств. Иногда [лечение] постепенно усиливают, и [сначала] дают пить терьяк, по одному данаку, затем понемногу увеличивают его количество, но не дают больше одного дирхама. Нередко терьяк смешивают с очищенным кунжутом и сахаром. [Больному] дают также сагапен сам по себе, опопанакс сам по себе и бобровую струю саму по себе с медовым вином; на каждый раз дают выпить около одной бакиллы, это очень полезно для таких больных. Необходимо ставить им сильные клизмы и вводить сильные свечки, чтобы оттянуть материю книзу; надлежит также Втирать им в позвоночник сильные масла. Таким больным помогают втирание горячих масел и лекарственные повязки, вызывающие покраснение, о которых уже неоднократно упоминалось, особенно, если утрачена чувствительность. Корневище касатика — одно из хороших лекарств, вызывающих покраснение; им растирают, втирая [лекарство] вглубь.
Полезно также ставить банки на концы мышц, без надреза, но [непременно] после опорожнения; они приносят пользу, согревая мышцы. Иногда, [однако], приходится делать небольшой надрез. Банки должны быть с узким горлышком; их нужно прикладывать с сильным огнем, чтобы они плотно и крепко присасывались, и быстро отрывать. Употребляя банки, их следует ставить на многие места, если расслабление очень значительно и рассеяно [по всему телу], если же оно не очень разбросано, то [банки] сосредоточивают в одном месте. Затем на [больное] место кладут зифт, смолу пинии или горячие лекарственные повязки, вызывающие покраснение, например, лекарственную повязку из муки плевела и касатика с медом. Лекарственная повязка из горчицы тоже полезна для таких больных; едва она ослабнет, ее следует обновлять, пока [больной] орган не покраснеет и не покроется волдырями.
От паралича очень помогает лекарственная повязка из клоповника широколистного, — она во многих случаях избавляет от нужды в тапсии и горчице; полезна и повязка из зифта, особенно с содой и серой, и растирание оливковым маслом с содой, серными водами, морской водой, а также разрежающие поливания.