• Он утверждал, что государственные университеты должны увеличить плату за обучение. Нужно прекратить строительство социального жилья и резко сократить подоходный налог.
• Фридман призывал ввести отрицательный подоходный налог для семей с низким уровнем доходов. Эта идея воплотилась в реализации механизма предоставления подоходного налогового кредита.
В некрологе Фридману гарвардский экономист и советник нескольких президентов-демократов Ларри Саммерс писал: «Никто из современных экономистов не повлиял так сильно на применяемую сегодня во всем мире экономическую политику, как Фридман».
В кратком предисловии к изданию 2002 года, вышедшему к 40-летию первой публикации книги, Фридман писал, что уже не уверен во взаимозависимости капитализма и свободы, хотя по-прежнему считает, что политическая свобода невозможна без капитализма. Анализируя экономику развивающихся стран, он пришел к выводу: «Во всех этих странах в соответствии с идеями моей книги расширение экономических свобод сопровождалось ростом политической свободы и гражданских прав, и вело к повышению благосостояния общества. Капитализм с его конкуренцией всегда ведет к свободе». Однако далее он признает, что не всегда экономическая свобода невозможна без политической, а при определенных условиях политическая может ограничивать гражданские права и экономическую свободу.
Это поразительное признание. Фридман, прежде убедивший множество людей в необходимости свободного рынка для других свобод, теперь утверждал, что нужны ограничения на эти другие свободы. Он четко разделил то, что называет «гражданскими свободами», и политические свободы. Он считал, что первые всегда безопасны, но вторые в определенных обстоятельствах могут создавать угрозу. Хотя он не давал четкого определения гражданских и политических свобод, его представление об этих свободах можно получить по работам его единомышленников. Они считают, что для защиты экономической свободы иногда нужно ограничивать политическую особенно права собственности. Фридман полагал, что опасна свобода регулирования рынка или перераспределения собственности, например ограничение на вывоз денег за границу. В «Капитализме и свободе» Фридман утверждал, что такое регулирование подрывает основы экономической свободы, но не призывал правительство отказаться от его использования. Однако впоследствии другие сторонники свободного рынка смогли добиться на международном уровне отмены этих мер государственного регулирования. Например, для вступления в «Организацию экономического сотрудничества и развития» развивающиеся страны с демократическим строем должны отменить ограничения на вывоз денег за границу.
За прошедшие годы мы убедились, что ограничения свободы экономической деятельности ведут к ограничению и других свобод. Ограничение перераспределения продукции экономики способствует тому, что выгоду от экономического роста получает только небольшой круг людей. Сегодня американская экономика достигла невиданных высот, и тем не менее миллионы американцев живут в бедности. Многие из них не имеют собственного дома, не получают медицинской помощи и не могут улучшить свою жизнь. Если человек вырос в бедном пригороде, то у него сейчас еще меньше шансов на успех, чем раньше. Во многом эта проблема является следствием расовой дискриминации, которая влияла на распределение доходов и привела к тому, что в негритянских кварталах у населения было меньше возможностей для развития. Такое неравенство подрывает чувство общности разных слоев населения, которое необходимо для функционирования демократии. Трудно сказать: «Мы – народ», если у разных «мы» мало общего.
Фридман утверждал, что использование рыночных механизмов снижает нагрузку на социальный скелет общества, то есть помогает решать социальные проблемы. Однако общественные отношения больше похожи на мышечную ткань на скелете природы. Социальные связи укрепляются путем их постоянного использования или тренировки. Определяющей чертой социальной мышечной структуры является совокупность взаимосвязанных действий. В то время, как рынок дает возможность свободного входа и выхода из отношений.
Очевидно, что между капитализмом и свободой нет прямой зависимости. Поэтому для исследования взаимосвязей между ними нужен комплексный подход, учитывающий как влияние капитализма на свободу, так и свободы на капитализм. В будущем эта проблема не потеряет своей актуальности для новых поколений ученых. Однако книга Фридмана будет оставаться неустаревающей классикой экономической мысли XX столетия, которая дает невероятно четкую картину неизбежных компромиссов между свободой и капитализмом. Хотя читатель может не согласиться с выводами Фридмана, она поможет оценить всю сложность проблемы.