Через несколько мгновений командир чужаков отдал приказ, и Охотники бегом бросились к укрытиям Шакти – их было гораздо больше, чем нападавших. Шакти подпустила мафуров почти вплотную и скомандовала: «Гранаты»! С грохотом воздух заполнил вонючий дым, и под его прикрытием всадники бури бросились в рукопашный бой. Спифи не смог оставаться на месте и, пригибаясь, побежал туда же. В рассеивавшемся дымном облаке слышались выстрелы и лязг клинков.
Здесь человек яростно сцепился с мафуром, тут два каапи усердно лупили Охотника лапами, рядом мафур проткнул нуха скрытым в винтовке лезвием и сам упал от выстрела в упор. Шакти пробиралась через клочья дыма, стреляя. Она выпустила пулю в повернувшегося к ней мафура, отразила саблей удар другого, ушла от выпада чьего-то клинка, ударила Охотника в живот и встретилась с командиром отряда. Тот элегантно прикончил одного из людей Катоны длинным, тонким мечом и повернулся к Шакти.
Мафур ухмыльнулся – забрало его шлема было разбито выстрелом – и подергал усами. Шакти криво осклабилась и подняла саблю. Охотник, примериваясь, сделал изящный взмах. Сзади на него бросился нух с двумя кинжалами и отлетел в сторону, мафур ловко повернулся к Шакти… и рухнул с пулей в переносице. Вид у него был очень обиженный. Катона быстро присел на колено, перезаряжая барабан.
– Срезал! – пробормотал он. По грязной щеке профессора текла кровь.
Шакти бросила на коллегу суровый взгляд и парировала саблей чей-то удар, нацеленный ему в голову.
Уцелевшие мафуры, лишившись командира, решили отступить и перегруппироваться, но попали под огонь людей. Еще несколько минут – и мрачный Саиб с обычным непроницаемым лицом снова делал работу мясника. Шакти оглядела зал. Всего полдюжины членов ее команды и людей Катоны собрались вокруг – уставшие, они перевязывали раны и порезы. Спифи подошел к ней, чувствуя себя очень неудобно – все, что он сделал в этом отчаянном бою – сбил с ног одного мафура выстрелом кошко-крюка.
– Ну, хоть ты жив, – проворчала Шакти. С удивлением Спифи понял, что леди-капитан явно этому рада.
– Ладно… – рассуждала она. – Милош, как этими дверями… Вот ж ракшасы крылатые!
Из-под потолка выплывали, словно живые, черные облака наномашин. Они окружали всадников бури, создав кольцо с острой кромкой внутри. Люди подались спинами друг к другу.
– Тут нужен огонь… – прошептал сухими губами Катона.
– Думаю, господа, огонь не очень нужен.
Они ошалело обернулись на голос Рика. Двери за их спиной открылись и нечто высокое, гибкое, сверкающее и изысканное торжественно воспарило, влетая в зал. Спифи почему-то решил, что это то, что в древних книгах называется «ро-бот». Машина двигалась безо всякой опоры в полусете над землей; по краям корпуса, сделанного из того же сверкающего камня, что и стены корабля, колыхались щупальца. Вместо лица у него был круглый экран – и оттуда, словно через иллюминатор, глядело лицо Рика.
Мортон усмехнулся – видимо, вид у них у всех был совершенно ошалевший.
– Я рад, что вы живы. Наставник… Милош… и ты тут, Спифи! – Рик явно был очень доволен.
И у Спифи от этого стало как-то теплее на сердце.
– Пройдемте, – и ро-бот въехал в лифт. Черные кольца разомкнулись перед ними и сомкнулись позади. Под их конвоем они пошли вглубь гигантского корабля.
В рубке «Скорби» было пусто. По пультам бежали, мигая, огоньки, а в самом центре помещения, около зависшей над Призмой голограммы Неудачника, сидел Рик. Мортон был сильно измотан, но явно доволен. У стены стоял Ксарн, вокруг него равномерно вращались пять обручей из нано-машин; один из них сжал его горло, готовый задушить мафура, если тот попытается освободиться. Князь глядел перед собой, словно не замечая чужаков, замкнувшись в глубоком презрении.
Использовать против хозяев защитные системы священного корабля было мерзким поступком! Когда из каналов вентиляции хлынул темный поток наномашин… Никто из Охотников не заслужил такой жалкой смерти! Из всего отряда уцелел лишь он один. Сколько же бессмысленных жертв среди высших…