– Потому я пришел к вам, сир ди Элуна, и готов предложить свою помощь, чтобы продолжить то, что я делал всю жизнь – но уже под рукою Машины.
Рик помедлил, а затем опустился на колено.
– Я клянусь вам в верности, лорд Симон ди Элуна.
Глава 14
Отвага и удача
Эту ночь Спифи провел в семье Герти. За ужином все молчали. Отец машинально передвигал ложку по скатерти. Он помнил такой же тяжелый вечер много лет назад. Тогда у Фиоры парил флот семнадцати тиранов, а он молодым механиком шел в бой; дома его ждала невеста… Теперь он был староват для сражений, и в битву шли трое их сыновей. Он поглядывал на Герти и Спифи. И им придется когда-нибудь защищать Фиору… Если их поколению будет, что защищать. Мать Герти рассеянно накрывала на стол, настолько погруженная в себя, что вместо чая заварила и налила всем кофе. Трое ее детей уходили завтра в бой…
Спифи тоже молчал и, в конце концов, не выдержал.
– Герти! – сказал он. Они уже поели и сидели на потрепанном диване в гостиной. – Рик… – Спифи замолк, а потом сказал, – словно в яму прыгнул, – перебежал к Эгиде!
Он увидел потрясенные, широко распахнутые глаза Герти и все рассказал. Поток речи нес его – если бы Спифи не выговорился до конца, то, наверное, лопнул бы.
Он закончил и молчал. Тишина обволакивала их, словно душное одеяло. Тиканье часов звучало громом.
Герти была потрясена не меньше его.
– Ты… Ты ничего не перепутал? Это был не трюк? Не…
– Это был не трюк… – ответил Спифи тихо и потеряно.
Герти замолкла, а потом подняла на Спифи глаза.
– Но ты был честен! Это предательство – его, а не твоя измена! – и Герти крепко обняла его.
И от ее слов у Спифи стало чуть легче на душе!
Когда получасом позже мать Герти заглянула в гостиную, Спифи, сидя, спал на диване, а Герти – посапывала, полуобняв его и положив голову юноше на плечо. На коленях Спифи устроился кот Штос.
Мама Герти улыбнулась, накрыла дочь одеялом и завинтила краник горящей керосиновой лампы.
Когда Симон ди Элуна и Рик Мортон основательно поговорили, Алекса улучила минуту и постучала в дверь каюты грандмастера – с невольной робостью. Столько же долгих лет они не виделись! Симон сам открыл ей. При виде Алексы взгляд его смягчился, и широкая улыбка постепенно расцвела на лице старого рыцаря. Затем он погасил ее – грандмастер вновь стал грандмастером.
– Я уж думал, ты меня забыла, – заметил он полушутя. – Подружилась там с Арлекинами, асами, нашла себе нового…
– Наставник! – голос Алексы зазвенел возмущением.
Симон ди Элуна рассмеялся. Алекса, поняв, что он шутит, засмеялась тоже. Он заключил ее в объятия.
– Рик отличный учитель, но… – Алекса подбирала слова, а потом сказала серьезно. – Но Наставник у меня только один.
Симон ласково потрепал ее темные волосы.
Много лет назад он приютил в своем доме маленькую Алексу с матерью и младшими братьями. Отец их был пажом Симона, а позднее – его верным товарищем. Он мужественно сражался с врагами Эгиды и доблестно погиб где-то в Меняющихся землях, прикрывая отступление отрядов Ордена: впрочем, безуспешно – тот транспортник, который он защищал, все равно сбили. Симон взял к себе его семью – супруга так и не принесла ему наследников. Он привязался к детям – больше любовью дедушки, чем отца.
Симон дал им достойное воспитание, надеясь, что они хорошо послужат Эгиде: успешнее, чем их неукротимый отец. Со временем он официально принял их в свою семью. Алекса была старшей и, на его взгляд, самой разумной из всех. Потому много лет назад он предназначил ее для роли своего личного агента в Меняющихся землях. Сперва она была внедрена к Арлекинам как своего рода полу-официальный агент Ордена, а когда представился счастливый случай – и в экипаж великого врага Машины. Кто же знал, что разлука окажется такой тяжелой…
Ничего, когда этот поход закончится… Симон давно присмотрел Алексе супруга – почтенного рыцаря, к своим сорока годам сделавшего достойную карьеру и имеющего все шансы войти в правящую верхушку Ордена. Скоро он обретет надежного протеже и зятя, будет нянчить внуков… Симон погладил Алексу по голове. Девушка доверчиво прижалась к нему, словно вернулись памятные детские годы – ее обычное лукавое выражение исчезло, словно снятая маска.
Вскоре зашел Андре – ее брат, очень похожий на нее темноволосый рыцарь на два года младше Алексы – один из адъютантов Симона. Отложив дела, они почти целый вечер сидели, пили чай, Алекса рассказывала о своих приключениях, Андре – о своих. Вспоминали о далеком, теплом доме, в то время как «Правосудие» медленно двигалась на юг над холодными водами бушующей Титании.