Вслед за ним послышались крики матросов, лязг металла, приглушённые команды.
“Элизиум” дрогнул. Сначала едва заметно, потом сильнее. Грохот работающего на малых оборотах движителя стал ощутим физически — лёгкая вибрация прошла по палубе, по стенам, по перилам, за которые инстинктивно ухватился Влад.
Он кинулся к иллюминатору и увидел, как поплыли назад очертания причала, краны, силуэты портовых складов. Между бортом и пирсом зазмеилась тёмная полоса воды.
“Дифферент на корму”, — мелькнуло в голове у Влада уже забытое выражение из детства.
“Элизиум” медленно и величаво отходил от земли, Влад глядел в иллюминатор, чувствуя, как колотится сердце. Он на корабле, пути назад больше нет.
Постоял ещё несколько секунд, вздохнул и решительно зашагал вглубь корабля, толкнул металлическую дверь и оказался в длинном, слабо освещённом туннеле.
По обеим сторонам тянулись переборки, испещрённые люками, клапанами и табличками с непонятными обозначениями: “Форпик”, “Кубрик №3”, “Помпа балластная лев. борта”. Стальные палубы под ногами были рифлёными. Это чтобы не скользить при качке, понял Влад и растерянно заозирался, пытаясь понять куда идти.
Пошёл вперёд наугад, пропуская мимо себя спешащих куда-то людей в идентичной униформе. Никто не обращал на него внимания, все были поглощены своими делами.
— Простите, — решился наконец остановить одного из моряков Влад. — Как найти дядю Ваню? — продолжил он, чувствуя себя полным придурком.
Матрос лишь притормозил, и не останавливаясь, молча ткнул в дверь за спиной Влада, затем быстро пошёл дальше.
Влад обернулся и уставился на табличку: “Склад ЗИП (запасное имущество и приборы). Кладовщик”.
Глава 12
Когда Влад ушёл, закрыв за собой дверь, хлопок разорвался в моей голове, как выстрел. Это было последней каплей, пропастью, которую он проложил между нами, которой перечеркнул двадцать лет совместной жизни.
Я выкатила чемодан с собранными вещами на крыльцо и закрыла входную дверь на ключ. Возвращаться домой я уже не собиралась, переночую у Татьяны, а завтра мы едем с ней в путешествие по Атлантическому океану.
Машина неслась по раскалённому асфальту, из-под колёс вздымалась мелкая сухая пыль.
Я судорожно вцепилась в кожаную оплётку руля, в ушах стоял гул, а в внутри всё было выжжено дотла.
Я вела машину на автомате, то и дело смахивая набегающие слёзы. Повороты, светофоры, обгоняющие фуры — всё проплывало мимо, как в дурном сне. Перед глазами стояло только его лицо.
Как он смеётся, и в уголках глаз появляются мелкие морщинки, как смотрит с прищуром, не в силах сдержать улыбку, как ласково касается меня большими, сильными, но такими нежными руками.
Всё было ложью.
Каждая улыбка, каждое “люблю” теперь казались таким чудовищным обманом, что меня подташнивало на физическом уровне.
Боль накатывала волнами, сжимала горло, не давая дышать. Я сильнее впивалась пальцами в руль, стараясь следить за дорогой.
Это было не просто предательство: весь мир, который я выстраивала годами, просто рухнул, как карточный домик.
Наша общая жизнь, наши воспоминания, планы… Он разрушил всё так легко и непринуждённо, что это просто не укладывалось в голове.
Неужели всё, что было так ценно для меня, для него ничего не значило?
Чувство, что меня обманули вдвойне, выжигало сердце, и оно отчаянно саднило, обливаясь кровью.
Он обманул меня как женщину, которая любила, и обманул как дуру, которая до последнего ему верила. Стирала его бельё, хранила его старые фотографии, варила по утрам его любимый кофе.
На глаза опять навернулись предательские слёзы, застилая плывущий в мареве асфальт. Я смахнула их тыльной стороной ладони, злая на саму себя.
Я не прощу предательства, ты обо всём пожалеешь, Влад!
Эти слёзы — последнее, что ты от меня получил. Больше я не позволю себе раскисать, я начинаю новую жизнь!
Я резко свернула в знакомый двор, заглушила двигатель и несколько секунд просто сидела в тишине салона.
Потом глубоко вдохнула, вышла из машины и решительно захлопнула дверцу. Пришла пора действовать.
Квартира Татьяны встретила меня запахом кофе и свежего печенья, которое подруга испекла к моему приходу. На кухонном столе стояла непочатая бутылка вина.
— Пить будем позже, сегодня тебе надо будет ещё раз съездить домой, — сказала Татьяна, разливая по чашкам ароматный напиток.
— Танечка! Зачем? Я не смогу туда вернуться, это выше моих сил!