Услышав, что ее отпускают, Вайс бросила последний взгляд на все еще лежащую без сознания Янг, прежде чем выйти из лазарета. Арк ждал снаружи, скрестив руки и прислонившись к стене. — Как она?
— Будет жить. Спасибо вам всем за помощь.
— Не за что. Вся команда хотела остаться, но уже поздно, и я сказал им, чтобы они шли отдыхать. Я подумал, что могу остаться и выяснить это для них. А ты сама как?
Когда-то его навязчивый интерес сильно раздражал ее, но после атаки на Бикон, когда Жон завязал отношения с Пиррой, Вайс чувствовала себя достаточно свободно рядом с ним. Теперь, когда ей не нужно было беспокоиться о нежелательных чувствах или отказах, он по сути был таким же другом, как Рен, Нора или Пирра, и это было улучшением.
— Со мной все будет в порядке, спасибо. Я уже сталкивалась с Клыком раньше, поэтому мне проще осознать, что уже утром Янг вновь будет собой. Я больше беспокоюсь за Руби и Блейк.
— Хм. Я видел, как убегала Руби. Кстати, я думаю, что Блейк на крыше, и, судя по тому, что я видел, она выглядела не очень хорошо. — Намек был сделан так тонко, как это мог сделать только Жон Арк, то есть абсолютно не тонко.
— Я позабочусь о ней. Ты можешь поговорить с Руби вместо меня?
— Парень кивнул. — Я все равно собирался это сделать. Удачи.
На поиски Блейк ушло совсем немного времени. Жон сказал «на крыше», что могло означать любую из них, но поскольку его тренировки с Пиррой были почти таким же секретом, как мания величия профессора Порта, она точно знала, какую именно он имел в виду. На нее ощутимо повеяло ночной прохладой, когда она поднялась наверх, но луна и звезды были видны, что делало обнаружение Блейк в темноте легкой задачей. Кошкодевушка понуро сидела у самого края крыши, но не на нем и даже не настолько близко, чтобы вызвать беспокойство, а чуть поодаль, подтянув колени к груди и положив на них подбородок.
Вайс подошла и села рядом с сокомандницей, поджав под себя ноги и опираясь на одну руку. — С Янг все будет хорошо, — сказала она после минутного молчания. — Она проснется завтра и, вероятно, даже не будет помнить, что произошло. Поскольку она каким-то образом умудрилась вырубиться сама, мы даже не причинили ей боль.
Блейк кивнула, и вновь замерла неподвижно, обхватив руками ноги и спрятав лицо в коленях. В любое другое время Вайс, возможно, проявила бы больше сочувствия, но было уже поздно, она зверски устала, и только что закончила сражаться с Янг-берсерком.
— Ну, и? В чем твоя проблема?
— Янг меня ненавидит.…
— Янг была под действием вируса Клыка, — сурово поправила Вайс. — Если все из-за того, что она ударила тебя, то я уверена, что Янг уже находилась под влиянием вируса. Она попыталась застрелить меня, и если ты не предполагаешь, что я сделала что-то, за что меня можно было убить, я думаю, ты можешь считать, что Янг не хотела причинить тебе боль. В нормальном состоянии она никогда бы так не поступила.
— Ты не понимаешь. Дело не в том, что она сделала, а в том, что она сказала. Может быть, вирус Клыка заставляет человека впадать в ярость, но он должен сыграть на чем-то. Нельзя так просто создать чувства, которых нет у человека. — Блейк горько рассмеялась. — Есть старая поговорка об истине в вине, помнишь? Это применимо и здесь. Янг, возможно, не сделала бы этого в нормальном состоянии, но ее слова — все, что она тогда сказала — она чувствует это. Вот как она видит меня. И она права.…
Вайс не нашлась, что на это возразить.
— Не думаю, что все так просто.…
— А почему бы и нет? Она сказала, что я предала ее, и она права. Я обвинила ее в том, что она убегает от проблем, но я ее партнер. Я была ее партнером, — поправилась Блейк. — Я должна была лично рассказать ей, что было решено в Биконе. Вместо этого я убежала от ответственности, совсем как в тот раз, когда ты узнала, что я фавн. — Нервный срыв Блейк был очевиден. — Я поклялась, что поговорю со всеми вами, прежде чем снова убежать, и не сделала этого.
Вайс попыталась возразить, сказать, что это неправда, но твердый взгляд Блейк заставил ее замолчать. Действительно, как она могла сказать, что это неправда? Они действительно сделали все это, и Янг имела полное право злиться на них.
— Ладно, тут ты права, — наконец сказала она, — но одновременно и не права. Янг имеет полное право злиться на тебя, и на меня, и на Руби — и она злится. Даже если я поговорила с ней, и да, я сделала это за вашими спинами, даже если мы немного наладили отношения между нами, это все еще не идеально. Мне за многое еще предстоит извиниться, и Янг должна будет решить, прощает она меня или нет. Так что да, — продолжила Вайс, — Ты не ошибаешься, когда говоришь, что Янг сердится на нас и что она имеет на это право.