Вахтенный офицер делал выговор нарушителю, которого привел на корму помощник боцмана, его голос дрожал от гневного шепота.
Болито двинулся дальше, а Драффен последовал за ним.
Драффен спросил: «Но в конце концов произойдет окончательное противостояние между двумя крупнейшими флотами?»
«У меня нет сомнений, сэр. Но я всё ещё верю, что чем больше атак мы сможем нанести по вражеским коммуникациям, базам и торговым объектам, тем больше шансов на длительную победу на суше», — он неловко улыбнулся. «Как моряку, мне больно это говорить. Но никакая победа не может быть полной, пока ваши собственные солдаты не водрузят флаг на вражеские стены!»
Драффен серьёзно улыбнулся. «Возможно, у вас появится возможность воплотить свою теорию в жизнь совсем скоро. Во многом это будет зависеть от нашей встречи с одним из моих агентов. Я организовал ему регулярные встречи. Будем надеяться, что он счёл это возможным».
Болито навострил уши. Он впервые услышал о встрече. Бротон сообщил ему пока лишь краткие подробности. Эскадра должна была патрулировать у Джафу, вне поля зрения берега, пока « Кокетка» разведывает прибрежные воды для получения дополнительной информации. Обычная тактика. Обычная и досадно скучная, подумал он. Теперь, с перспективой получить другие, более…
После секретных новостей о развертывании противника весь облик операции изменился.
Драффен сказал: «Меня немного тревожит мысль о завтрашнем дне. Мы можем столкнуться с целым вражеским флотом. Разве это вас не расстраивает?»
Болито посмотрел на него, но его лицо было в глубокой тени. Трудно было понять, испытывал ли он его снова или просто преуменьшал то, что было вполне реальным.
«Я жил с этой перспективой, испытывая страх, волнение или просто недоумение с двенадцати лет, сэр», — Болито постарался говорить всё так же серьёзно. Затем он усмехнулся. «Но до сих пор ни одна из моих реакций не принималась во внимание, и меньше всего противник!»
Драффен усмехнулся. «Теперь я спущусь вниз и буду спать спокойно. Я и так слишком сильно вас нагружал. Но, пожалуйста, дайте мне знать, если произойдёт что-то необычное».
Болито отступил в сторону. «Хорошо, сэр. Вы и мой адмирал».
Драффен ушёл, посмеиваясь про себя. «Мы ещё поговорим». И он ушёл.
Вахтенный мичман поспешил через палубу и доложил своему лейтенанту, что кормовой фонарь зажжён. Сквозь громаду снастей Болито увидел фонарь « Танаиса », сияющий, словно светлячок, и играющий на ряби кильватерной воды.
Он услышал, как лейтенант резко сказал: «Вы и так долго не торопились, мистер Друри!», а затем мальчик что-то пробормотал в ответ.
Нетрудно было разглядеть в тени фигуру Адама Паско, а не злополучного Друри.
Болито старался не беспокоиться о своём юном племяннике, но встреча с Инчем снова заставила его отсутствие вдруг стать реальностью и невыносимым. Конечно, были письма и от него, и от его капитана, лучшего друга Болито, Херрика. Но, как и «Эвриал» , его корабль, старый шестидесятичетырёхтонный « Импульсив »,
мало кто заботился о тепле и надежде, приносимых почтовыми судами или хранимых в какой-нибудь портовой конторе на случай, если корабли когда-нибудь бросят якорь.
Болито снова пошёл, пытаясь представить себе Адама таким, каким он видел его в последний раз. Но теперь он был другим. Возможно, чужим? Он ускорил шаг, внезапно осознав своё беспокойство.
Прошло два года с тех пор, как они расстались. Мальчик должен был присоединиться к кораблю Херрика, а он – принять командование и заняться переоборудованием своего призового судна, « Эвриала». Ему должно было быть семнадцать, и, возможно, он уже ждал своего шанса попытаться получить звание лейтенанта. Сильно ли изменили бы его ещё два года? – размышлял он. Будет ли он продолжать формировать свой собственный образ или пойдет по стопам Хью?
Он вздрогнул и понял, что мичман преграждает ему путь, его глаза сверкали белым в тени.
«Прошу прощения, сэр, но вахтенный офицер передаёт вам своё почтение, и… и…» — пробормотал он под пристальным взглядом капитана, — «и не могли бы мы взять риф? Ветер, кажется, усиливается, сэр».