корпус, нарастающий хор стонов и ударов, которые, казалось, доносились со всех сторон, сверху и снизу.
Гриндл кивнул. «Да, сэр. Но, думаю, мы её не спасём».
«Просто делай, как я говорю». Он остановил человека, прежде чем тот успел уйти. «Послушайте, мистер Гриндл, вам придётся столкнуться с чем-то. Эти люди не могут покинуть корабль, потому что нет лодок, и мы не можем построить плот в этом море. Их офицеры мертвы, и они почти поддаются своему страху». Гриндл был опытным человеком, он заслуживал объяснений, даже на этом последнем этапе.
Помощник капитана кивнул. «Слушаюсь, сэр. Сделаю всё, что смогу». Он повысил голос. «Эй, ребята! Следите за лодкой, пока мы спустимся вниз и вытащим детей!»
По проходу, пошатываясь, вышел ещё один матрос. «Капитан, сэр! Мистер Мейкс передаёт вам своё почтение, и « Эвриал» подаёт сигнал!» Он с изумлением смотрел, как Гриндл, шатаясь, пробирается через люк, неся двух кричащих младенцев, словно тюк с парусиной.
Болито рявкнул: «Помогите мистеру Гриндлу». Эштону он крикнул: «Поднимитесь на палубу и посмотрите, что происходит». Мальчик запнулся и побежал, когда Болито крикнул: «Ну, шевелитесь, мой мальчик! Мне, возможно, скоро понадобится ваш испанский».
Поток хватающих ртом воздух людей с каждой минутой рос, и моряки время от времени заглядывали в воду, чтобы вытащить какого-нибудь мужчину, пытавшегося спрятаться вместе с женщинами.
У Болито остались смутные впечатления от темных волос и испуганных глаз, заплаканных лиц, атмосферы отчаяния и почти паники.
Эштон снова вернулся, проталкиваясь сквозь толпу, его шляпа была сдвинута набок, и он доложил: «Адмирал желает знать, когда вы вернетесь, сэр».
Болито пытался заглушить шум, царапающую неуверенность чужого страха, которые окружали его со всех сторон.
Затем он резко крикнул: «Немедленно подайте сигнал кораблю. Мне нужно больше времени. Скоро совсем стемнеет».
Эштон уставился на него. «Уже почти стемнело, сэр».
«А ветер?» — подумал он. Отвлечься от этой толпы испуганных, нереальных фигур.
«Сильно, сэр. Мистер Мехью говорит, что оно всё ещё растёт».
Болито отвёл взгляд. Всё было решено. Возможно, никаких сомнений и не было.
«Идите и подайте сигнал. Но передайте адмиралу, что я постараюсь отчалить на этом корабле в течение часа». Эштон выглядел ошеломлённым. Возможно, он ожидал, что Болито прикажет им покинуть корабль. Ялик всё ещё мог переправиться, по крайней мере, с некоторыми из них.
Гриндл промчался мимо, его седые волосы стояли дыбом, словно сухая трава.
Болито крикнул: «Сколько их уже?»
Он почесал голову. «Около двадцати детей. Женщин — пятьдесят!» Он ухмыльнулся, обнажив ряд неровных зубов. «Мечта моряка, не правда ли, сэр?»
Юмор Гриндла, казалось, успокоил Болито. Он знал, что собирался отозвать мичмана, прежде чем тот успеет подать сигнал своему кораблю. Чтобы пойти на компромисс в последнюю минуту. Тот, который Бротон мог бы отвергнуть со всеми возможными основаниями и вернуть его на « Эвриал».
Он тут же отмахнулся от этой мысли. Представить, что Мехью пытается справиться со всем в одиночку, прячась за своей ролью, было немыслимо.
Эштон вернулся почти сразу же. Он был бледным и явно встревоженным.
«Сигнал с Эвриала, сэр. Если вы уверены, что сможете спасти приз, подтвердите это сейчас?» Он с трудом сглотнул, когда что-то с грохотом обрушилось на верхнюю палубу, за чем последовали крики и дикие проклятия матросов.
«Тогда подтвердите это, мистер Эштон».
Мичман добавил: «В этом случае вам приказано
Следуйте самостоятельно к месту встречи эскадры. Флагманский корабль поднимает паруса.
Болито пытался скрыть свои чувства. Без сомнения, Бротон больше всего боялся потерять контроль над эскадрой. В конце концов, это была его главная обязанность. Если он позволит себе попасть в сильный шторм, ему могли потребоваться дни, чтобы найти свои корабли и узнать, обнаружил ли Драффен что-нибудь полезное.
Он взвесил собственные реакции и их истинную ценность. Кеверн вполне справлялся, он уже это доказал. А здесь… Он вырвался из своих мыслей и хлопнул Эштона по плечу. «А теперь иди». Когда Эштон побежал обратно по коридору, он крикнул ему вслед: «Иди. Не помешает казаться спокойным, какими бы ни были твои чувства!»
Мичман взглянул на него, выдавил улыбку и продолжил свой путь.
Перекрывая шум, Эллдэй крикнул: «Вы можете подняться на палубу, капитан?» Он посмотрел на нескольких пассажиров-мужчин, которых двое вооружённых матросов гнали в противоположном направлении. «Чёрт возьми, капитан, это как врата ада!»