Гриндл спросил: «Что мне делать, сэр?»
«Не давайте пассажирам шуметь, пока я не пришлю младшего офицера вам на смену. Потом постарайтесь найти какие-нибудь карты, и мы вместе решим, что делать дальше».
Он поднялся вслед за Оллдеем по лестнице и сказал: «Уберите этот труп. Дети не должны видеть его на рассвете».
Эллдэй наблюдал за ним и мрачно ухмыльнулся. Раньше казалось, что им придётся сдаться. Теперь он говорил о первых лучах солнца. В конце концов, всё может наладиться.
На палубе ветер и море встретили Болито, словно обезумевшие силы. Свет почти исчез, лишь полоски серого неба мелькали между облаками. Этого было достаточно, чтобы он мог видеть, как люди шатаются по изрешеченным палубам, по пустому пространству, где лежала сломанная бизань, запутавшаяся в такелаже.
Он отдал приказы, а затем сказал Мехью: «Вы хорошо начали».
Он обернулся и увидел, как Мехью поднял руку и указал на палубу. « Эвриал» уже был лишь тенью, бледные пятна над ней росли по мере того, как её топсели наполнялись по ветру, и судно начало разворачиваться. Ещё мгновение он видел её борт, блестящий от брызг, клетчатые линии запечатанных иллюминаторов и представлял себе Кеверна на его месте на квартердеке, возможно, уже предвкушая, что это его ещё один шанс.
«Нам придётся идти по ветру, мистер Мейо. Любая попытка сделать поворот оверштаг — и мы потеряем руль, а то и хуже».
Помощник капитана, спотыкаясь, вышел из темноты, прижимая к груди карту.
«Она направлялась в Порт-Маон, сэр. Насколько я понимаю, большинство пассажиров — торговцы и их семьи».
Болито нахмурился. « Наварра» находилась гораздо южнее, чем нужно, когда они её перехватили. Ещё одна загадка, но ответов всё ещё нет.
Он сказал: «Мы постараемся установить топс-ли, мистер Мейо. Поставьте за штурвал двух хороших людей. Мистер Эштон может перевести ваши требования испанским специалистам».
Болито огляделся в поисках « Эвриала», но тот уже исчез. Он сказал: «Я бы предпочёл, чтобы люди «Наварры » пока поднялись наверх, чтобы мы могли за ними следить».
Мехью поморщился. «Им будет неприятно подниматься при таком ветре, сэр».
«Если они откажутся, скажи им, что есть только одно место, куда они могут пойти», — он указал между своих расставленных ног. «Примерно в тысяче саженей по прямой отсюда!»
Другой матрос разыскал его и крикнул: «В кубрике около пятидесяти раненых, сэр! Кровь повсюду! Страшное зрелище!»
Болито наблюдал, как темные фигуры осторожно поднимались по
подстрекаемый Мейо гневными жестами и собственным представлением об испанском языке.
«Спуститесь вниз и скажите Макьюэну, чтобы он узнал, есть ли среди пассажиров врач. Если да, вызовите его на палубу».
Мехью снова кричал: «На грот-стеньге оборвано несколько концов, сэр! Её может снести, как только мы поднимем паруса!»
Болито поежился, впервые осознав, что он промок до нитки.
«Станьте на брасы, мистер Мейхью. Посадите на них и некоторых пассажиров. Мне нужна каждая чёртова унция мускулов, которую вы только сможете найти!» Он крикнул Гриндлу: «Приготовиться к штурвалу!» Его голос почти утонул в завывании ветра и в завесе брызг, обрушивающихся на наветренный борт, словно призраки, пытающиеся утащить судно на дно.
Он поискал глазами рупор, но не увидел ничего, кроме лиц рулевых, светящихся в свете компаса, словно восковые маски.
Правильно ли он поступает? Шквал может стихнуть за считанные минуты, и в этом случае лучше будет лечь в дрейф под плотно зарифленным главным марселем. Но если он не пройдёт так же быстро, как налетел, нужно идти впереди. Это был их единственный шанс. Даже тогда руль может унести, или помпы не справятся с постоянным притоком воды. И до рассвета невозможно будет узнать масштаб повреждений или их истинное положение.
Мехе проревел: «Готово, сэр!»
Болито вспомнил слова Бротона. Пусть так и будет. Казалось, как давно это было. Но он знал, что прошло не больше трёх часов с тех пор, как их флаг появился над палубой « Наварры ».
Он слышал, как спереди дико трещит кливер, нетерпеливо стучат блоки, и представлял себе людей на реях, растянувшихся, словно моллюски на дрейфе, и таких же беспомощных.
«Отпустить фор-марс!» Он увидел, как Мехьюкс отвернулся, чтобы передать приказ. «Поднять штурвал, мистер Гриндл!» Он настойчиво махнул рукой. « Полегче ! Сбавьте нагрузку на новые рулевые линии!»
Впереди, сквозь темноту, он услышал внезапный шум развевающихся парусов и приглушенные крики откуда-то сверху, над кренящейся палубой.
«Ли брасы!» Он поскользнулся на незнакомой палубе, напрягая взгляд. «Отпустить грот-топсель!»