Если бы у них было больше времени. Но бортовой залп « Эвриала » оставил корабль в слишком плачевном состоянии для быстрого ремонта. Он был полностью разгружен, и даже если бы поднялся ветер, без бизани он бы плохо шёл. Пришлось снять орудия с кормы, чтобы облегчить корму, где повреждения были сильнее всего. Но мысль о том, что орудия лежат на дне моря именно тогда, когда они были действительно нужны, не приносила ему облегчения.
В кормовой каюте он обнаружил Мехе и его моряков, работающих
Лихорадочно выполняя свою часть плана. « Наварра» установила два мощных кормовых погонных орудия, одно из которых было разбито ядром с « Эвриала». Но оставшееся было вытащено и поднято из ограниченного иллюминатора на правом борту транца, и теперь стояло в центре каюты, дулом к окнам. Хотя окон там уже не осталось. Мехью срезал их все, оставив орудие вести широкий обстрел с четверти на четверть. Макьюэн спешно проверял снасти, пока остальные матросы усердно укладывали порох и ядра у переборки каюты.
Мехью вытер мокрое лицо и выдавил улыбку. «С ней всё будет хорошо, сэр». Он похлопал по толстому казённику. «Это английская тридцатидвухфунтовая пушка. Интересно, откуда эти ворюги её раздобыли?»
Болито кивнул и подошёл к зияющим окнам. Вытянув шею через подоконник, он увидел головную шлюпку, её весла сверкали золотом на солнце. Большинство пушек « Наварры » были старыми и бесполезными. Их несли скорее для отпугивания потенциальных пиратов, чем для смертоносной стрельбы. В бою она больше полагалась на свою ловкость, чем на доблесть, как и большинство торговых судов во всём мире.
Эта пушка, безусловно, была единственным по-настоящему ценным открытием. Подобно тем, что составляли нижнюю орудийную палубу «Эвриала », она считалась мощным и разрушительным оружием в умелых руках. Моряки прозвали её «Длинной девяткой»: будучи девяти футов в длину, она могла метко стрелять на расстояние более полутора миль, при этом пробивая дубовую стену толщиной в три фута.
И точность в этот момент была важнее всего остального.
Болито повернулся спиной к морю и сказал: «Мы откроем огонь, как только головной чебек приблизится к нам».
Макьюэн, который был командиром орудия на борту своего корабля, спросил: «Двойной выстрел, сэр?»
Он покачал головой. «Нет. Этого вполне достаточно для боя два корабля, когда против тебя ничего нет, кроме другого бортового залпа. Но сегодня мы не можем позволить себе беспорядочность». Он улыбнулся, глядя на их блестящие, грязные лица. «Так что следите за своими зарядами и убедитесь, что каждый выстрел — меткий.
Он отвёл Мехью в сторону и понизил голос. «Полагаю, они попытаются атаковать одновременно с носа и с кормы. Это разделит наши ресурсы и даст противнику представление о наших возможностях!»
Лейтенант кивнул. «Лучше бы мы вообще не видели этот проклятый корабль, сэр», — он печально усмехнулся. «Или лучше бы мы потопили его полным бортовым залпом!»
Болито улыбнулся, вспомнив слова самого Витранда: « Для нас обоих было бы лучше, если бы мы никогда не встречались». Что ж, теперь уже поздно сожалеть.
Он остановился в дверях, его взгляд скользнул по суетливым матросам, по атмосфере уныния, царившей в каюте из-за того, что с ними так плохо обращались.
«Если я сегодня паду, мистер Мейо», — он увидел внезапную тревогу в глазах лейтенанта и тихо добавил, — «вы продолжите бой. Этот враг не даст пощады, так что запомните это!» Он выдавил улыбку. «Вчера вы сами нарывались на битву. Вы должны быть довольны!»
Он быстро направился снова к солнечному свету, прошел мимо оставленного без присмотра штурвала и направился туда, где Гриндл стоял и наблюдал за приближающимся судном, словно не двигался с места.
Вдоль обоих фальшбортов верхней палубы испанские матросы стояли или приседали у своих орудий, самые крупные из которых были двенадцатифунтовыми. Кое-где, где только можно было найти хоть какое-то укрытие, он видел, как некоторые пассажиры наспех вооружились мушкетами из оружейного сундука, в то время как другие, захватив с собой искусно изготовленные охотничьи ружья из собственного багажа, добились большей эффективности обороны.
Он закрыл уши, чтобы не слышать отдалённый грохот барабанов, и попытался представить себе огневую мощь корабля, которая проявится в ближайшие несколько минут. Несколько орудий левого борта были бесполезны, перевёрнуты и…