Но это было лучше, чем если бы эскадра была разбита на части в бессмысленном шествии взад и вперед по входу в залив.
Он обернулся, застигнутый врасплох, когда Тотхилл сказал: «Сэр!»
«Что такое? Они все признали?»
«Не то, сэр». Мичман указал на сетку правого борта. « Кокетка» вышла из строя и поднимает паруса, сэр».
Подняв телескоп, Болито увидел, как характерные шары устремляются к реям фрегата и вспыхивают яркими цветными пятнами.
Тотхилл сказал: «Сигнал, сэр. Странный парус, идущий на северо-запад » .
Болито опустил подзорную трубу и посмотрел на Бротона. «Приказать Кокетке преследовать, сэр?»
Голос Тотхилла прервал ответ Бротона: « Кокетка подаёт ещё один сигнал». Пауза, и Болито наблюдал, как на щеке Бротона резко и регулярно подергиваются мышцы. Затем он добавил: «Странный парус повернул, сэр».
Бротон опустил руки по швам. «Вероятно, вражеский фрегат. „ Кокетка“ смогла бы с ним сблизиться, будь она чем-то другим». Он посмотрел на Болито. «Теперь она будет кричать о нашем присутствии всему миру».
«Я предлагаю отозвать морскую пехоту, сэр».
Болито отбросил свои прежние идеи о высадке орудий и всех необходимых для этого снастях и шлюпках. Теперь на это не было времени, и им, возможно, повезёт, если они смогут вернуть всех своих морских пехотинцев, если поблизости окажется вражеская эскадра.
«Нет». Глаза Броутона были словно камни. « Я не отступлю. У меня есть приказ. У тебя тоже». Он указал на линию голых холмов. «Джафу нужно взять до того, как сюда доберутся вражеские корабли! Нужно , понимаешь?» Он почти кричал, и несколько моряков у орудий смотрели на него снизу вверх.
Голос Драффена прорезал короткую тишину, словно нож. Где он был во время боя, Болито не знал, но теперь он выглядел очень спокойным, его взгляд был холодным и пристальным, как у охотника, выслеживающего добычу.
«Позвольте мне сделать предложение, сэр Люциус». Повернувшись к нему, Бротон тихо добавил: «Думаю, вы согласитесь, что мы потратили достаточно времени, используя традиционные методы».
На мгновение Болито ожидал, что адмирал проявит хоть немного своего прежнего неповиновения.
Но вместо этого он ответил: «Я согласен выслушать ваши предложения, сэр Хьюго». Он огляделся, словно ища трап. «Полагаю, в моей каюте».
Болито сказал: «Я подам сигнал эскадре двигаться на запад, сэр.
«Беспокойный» и « Кокетка» остаются на станции.
Он ждал, видя, как Бротон пытается переосмыслить свои слова.
Затем он ответил: «Да». И, кивнув ещё твёрже, добавил: «Да, займись этим».
Когда они покинули квартердек, Кеверн тихо сказал: «У нас дела обстояли лучше, чем у Танаиса, сэр. Он потерял двадцать человек убитыми. У нас семь убитых и пятеро с осколочными ранениями».
Болито все еще смотрел в сторону какашек и гадал, что Драффен мог бы предложить на этом позднем этапе.
"Повреждать?"
«Звук был хуже, чем был на самом деле, сэр. Плотник сейчас внизу».
«Хорошо. Передайте мистеру Граббу, чтобы он как можно скорее отправил своих людей работать над этим».
Он замер, когда первый труп пронесли через главный люк и небрежно бросили на землю, ожидая погребения. За несколько минут они потеряли семь жизней. Примерно по одной в минуту.
Болито сцепил руки за спиной и медленно пошёл к наветренной стороне, его лицо вдруг рассердилось. Эвриал был самым современным оружием, известным человечеству в ведении войны. Однако древний форт и несколько солдат сделали его таким же бессильным, как королевская баржа.
Он резко сказал: «Я собираюсь встретиться с адмиралом, мистером Кеверном».
"Сэр?"
«У меня тоже есть несколько идей, которые я ему напрямую изложу!»
Эллдэй проводил его взглядом и медленно улыбнулся. Болито был зол. Пора капитану взять ситуацию в свои руки, подумал он, ради их же блага.
13. Второй шанс
Вице-адмирал Бротон поднял взгляд от своего стола, на его лице отразилась смесь удивления и раздражения.
«Мы ещё не закончили, Болито», — он указал на Драффена, прислонившегося к переборке каюты. «Сэр Хьюго как раз объяснял мне что-то».
Болито прочно стоял в центре каюты, которая казалась смутно пустой без своих наиболее ценных вещей и мебели. Всё это было убрано ниже ватерлинии в целях безопасности перед безрезультатной атакой на крепость. Тем не менее, Бротону повезло, что он избежал обычного беспорядка, характерного для трёхпалубных судов британской постройки. Тогда его каюта, как и весь остальной корабль, была бы раздета догола, а обычно священные каюты были бы окутаны дымом от собственных орудий. Но ближайшие пушки находились в безопасности за переборкой, так что после атмосферы боевой готовности и напряжения на верхней палубе эта каюта усиливала чувство разочарования и нарастающего гнева Болито.