— Третьей школой турнира станет Академия Шармбаттон!
Вот это сообщение произвело эффект разорвавшейся бомбы. Шармбаттон был академией чар, в которой учились преимущественно девушки. А это означало возможность подобрать себе невесту тем, у кого не было на это шансов здесь. Теперь стало понятно, зачем Дурмстранг во всё это ввязался. На Турнир, в общем, всем плевать с высокой колокольни, но за возможность породниться с английскими и французскими семействами и разбавить род новой кровью поборются многие. И в том числе — отец Виктора. Война сильно проредила ряды европейских волшебников, а отец, в частности, не отказался бы расширить бизнес в сторону французской Ривьеры, например. Виктор почувствовал, как на его шее постепенно затягивается петля.
***
Новость о предстоящем Турнире дома приняли неоднозначно. Мать была категорически против. Она, по своим каналам, быстро нашла информацию о предыдущих турнирах, и об уровне смертности на них и впала в ярость. Она не забыла, как тяжело мальчик болел в детстве, а сейчас ещё и этот квиддич! Витя и так вечно что-то себе ломает! Нет, нет и нет!
Отец же напирал, что Виктор мужчина, известный спортсмен и просто обязан защитить честь школы, читай — заиметь связи и найти невесту — в далёкой шотландской глубинке! Сам Виктор понимал, что он поедет в любом случае. Его Каркаров потащит однозначно. Как знамя. Просто чтобы плюнуть в рожу всем директорам-конкурентам. Мол, у нас — лучший ловец десятилетия, а у вас?
Кроме того, Болгария каким-то чудом умудрилась выйти в финал Чемпионата Мира и должна была сыграть со сборной Ирландии. Это Виктор знал, что им просто невероятно повезло с жеребьевкой, и у них просто не было сильных соперников. Если бы в их группе была Уганда или Бразилия — они бы не прошли. А так, ему предстоял первый в жизни Чемпионат, и по этому поводу Виктору было особенно тошно, так как матч — договорной. Первый договорной с тех пор, как он попал в сборную. Пока он не упустил ни одного снитча в своей карьере. Но сейчас им было ясно сказано: они должны проиграть, пусть и с минимальным разрывом. Но так, чтобы никто ничего не заподозрил. Сумму игрокам пообещали просто астрономическую, как и места в командах высшей лиги любой страны, за которую те предпочтут играть. Отец, на возмущение Виктора и его апелляции к патриотизму лишь покачал головой, положил руку сыну на плечо и вдумчиво сказал:
— Вить, политика и спорт — это всегда грязь. Но ты можешь поступить, как велит тебе совесть. Можешь отказаться играть, пускай тебя заменят, и тогда ты не будешь принимать участия в этом фарсе. А можешь сыграть великолепно, не посрамив честь страны даже с учётом заведомого проигрыша. Подумай о своём будущем. Этих денег тебе хватит на любое образование, если ты решишь не продолжать спортивную карьеру. А если решишь продолжить, то твоё членство в составе команды на Чемпионате Мира — очень весомый аргумент!
Виктор кивнул. Отец редко общался с ним на серьезные темы, предпочитал отмалчиваться или отделываться скупыми похвалами. Видимо, своими поступками он сумел заслужить уважение этого жёсткого, а иногда даже сурового человека.
***
Виктор делал круг почёта над стадионом. В его руке был зажат снитч. Из носа текла кровь, трибуны бесновались, на одной из трансляционных площадок отражался он с окровавленной рожей и снитчем в руке. Ну точно римский гладиатор, ещё и плащ этот идиотский за спиной. Они проиграли, но с небольшим разрывом. Как и планировалось. Виктор честно дождался момента, когда разрыв стал минимальным, и сразу поймал снитч, хотя мог это сделать ещё на десятой минуте. Команда бы его не поняла. Они все рассчитывали на деньги и места в престижных сборных. Шкета, считай, уже взяли в высшую лигу в Америке. А это совсем другие заработки. У него две сестры, их нужно выдавать замуж. Виктор не был эгоистом, и сколько бы горечи не принесла сегодняшняя игра, он своего достоинства не уронил и поймал снитч. Тем более, что пацаны — Пашка, Саак и Стас — поставили немалые деньги на то, что именно он завершит игру.
Потом его закружила круговерть фотографов, журналистов, политиков, которым надо обязательно пожать руку. Хорошо хоть нос успел подлечить. И так уже кривой от бесконечных переломов. А, ну и фанатки, куда ж без них. Виктор подписывал свои колдографии, жал бесконечные руки и ждал, когда визги и писки, наконец, прекратятся и ему разрешат убраться обратно в палатку для игроков. Но и там ему не было покоя. Команда обмывала победу. Никто даже форму не сменил. Пили, праздновали, многие через знакомых сделали ставки и нехило поднялись на тотализаторе. Игроки постарше тискали симпатичных ведьмочек, сходящих с ума от счастья, что их пустили в святая святых — палатку квиддичистов! Некоторые из дам хищно поглядывали в сторону Виктора, но тот ушёл в свою комнату, утащив по пути бутылку отличного маггловского джина.