Британские власти, тем не менее, тянули резину ещё два дня, не пуская к Краму представителей Международного Магического Сообщества. Слава Мерлину, хоть медиков подпустили. В горячке боя Виктор не почувствовал ни сломанных рёбер, ни скола передних зубов, делающих его и без того несимпатичное лицо откровенно уродливым. Это уже не говоря о магическом истощении.
Пока его подлатали, залечив трещины и переломы и вырастив зубы, пока выяснили все подробности краткой, но содержательной стычки, пока отпустили, пока он добрался домой, — прошло без малого две недели. Большую часть времени Виктор пробыл в изоляторе: ещё не камера, но и не гостиница. И ему было чем заняться — он думал. И мысли его одолевали неоднозначные.
Первая и самая основная — зачем он вообще полез в свалку? Почему не ограничился эвакуацией детей? Во время беспорядков работы предостаточно: можно было помочь тушить пожар, искать потерявшихся, помочь с транспортировкой пострадавших в госпиталь. Зачем его понесло в самое пекло? Он ведь не представитель правопорядка, просто игрок в квиддич, да ещё и иностранец! Виктор анализировал своё поведение, прокручивал в голове, раз за разом, весь тот день и вдруг ясно понял две вещи: во-первых — из него так и не вышла война. Она просто притаилась, где-то там, в глубине. Но как только появилась возможность вновь испытать тот самый азарт боя, вновь быть на острие — он, не задумавшись, поддался этому чувству.
Во-вторых, его грызла несправедливость произошедшего на матче. Он никак не мог увязать в голове, как страна могла слить важный матч?! Ради чего? Ради денег? Неведомых и непонятных ему политических игр? И как только у него появилась возможность оправдаться перед собой, поступить правильно, он тут же это сделал. Он выместил на Пожирателях злость, которую испытывал к ситуации в целом, ко всему этому дню. То, что в нём копилось многие месяцы, нашло выход в огне того боя. Помогло ему стать целым. Так может, стоит искать себя вовсе не в спорте? Возможно, нужно стать тем, кто будет иметь право вмешиваться в конфликт? Стоит ли рассмотреть профессию аврора или военного? У волшебников тоже есть силовые подразделения, взаимодействующие с маггловской армией. Об этом стоило подумать.
По прибытии домой он, наконец, смог с чувством напиться. Дома с отцом и дедом. Они молча, по-мужски, сидели на террасе, смотрели на закат и пили. Всё было сказано ранее в отцовском кабинете. У Виктора было более чем достаточно времени, чтобы продумать, что рассказать и как. В том числе и о предполагаемой смене жизненного пути. Отец выслушал его внимательно, отвесил очень ощутимый подзатыльник, сопроводив его пояснением, что его сын малолетний эгоистичный придурок, который полез геройствовать, не подумав о них с матерью. Но потом похвалил за помощь детям. Дед понадеялся на то, что сидение в изоляторе и походы на допросы добавили Виктору мозгов, и на этой ноте тема была закрыта.
События матча отбили любое желание ехать на Турнир Трёх Волшебников, но, как Виктор и предполагал, всё решили за него. Каркаров предложил ребятам, которых было чуть больше сорока, самим решить, кто поедет в Хогвартс. Принимающая сторона указала: не более двадцати претендентов, но Каркаров прозорливо предположил, что не все желающие поехать будут претендовать на участие в Турнире. А корабль может предоставить достаточно кают.
Пятый сразу забил себе место. Все понимали, — ему подгорает, такого шанса может больше и не прилететь. Шкет и Саак, оставшийся в школе на углубленный курс Малефицизма, открестились от поездки, Царь тоже отказался. Поехать он хотел, но многим парням попасть на турнир было важнее. Краму выбора не предоставили. Каркаров просто, проходя мимо, буркнул:
— Ты едешь. Не обсуждается.
От Каркарова, к слову сказать, ему уже влетело по первое число за геройства на Чемпионате, о которых директору подробнейше доложили. Они с Виктором разобрали схватку и даже идентифицировали несколько неопознанных им во время боя проклятий. После чего Виктор нарвался на перезачёт.
С его курса ехали только Жук и Пятый, остальные — с Серебряного факультета и даже один герой с Железного — Поляков, который на ещё втором курсе умудрился накосячить на пожизненное членство в рядах железных дровосеков. Хотя был талантлив, как сын Мерлина, но говнистый характер и шило в заднице мешало реализоваться недюжинным талантам.
Делегацию укомплектовали: в Хогвартс в общей сложности отправлялось двадцать пять человек и часть преподавателей. Студенты получили курсовые и дипломные работы с напутствием написать их в библиотеке Хогвартса, преподаватель по физпозготовке пообещал натянуть им…седалище на органы зрения, если студенты не будут делать ему норму по плаванью, а озеро около Хогвартса есть, он уточнил. Виктор взял затяжной отпуск, в сборной его ситуацию учли и обещали восстановить сразу по окончанию им школы.