В конце концов, все собрались, со всеми попрощались, загрузились на корабль и всплыли спустя несколько часов в Чёрном озере в Шотландии. Прямо перед ними возвышалась громадина замка Хогвартс.
Вообще, можно было просто перенестись международным портключом и разместиться в одной из башен. Но понты есть понты, и из неизведанных закромов школы был извлечён раритетный Летучий Голландец. Куча времени была потрачена на приведение его в надлежащий вид и переоборудование кают, — параллельно семикурсники сдали экзамен по чарам и основам артефакторики, потому что разбирались с будущим жилищем сами. По принципу — вам здесь жить. Потому делали на совесть, а не как обычно — абы как. Хотя, по правде говоря, некоторые детали обшивки просто приклеили не то чтобы на сопли, но на заклятие вечного приклеивания. Лишь бы не отвалилось. Паруса решили не чинить, так и оставив зловеще-дырявыми. Не из желания атмосферности — от банальной лени. Зато русалку-таран на носу восстановили качественно, особенно си… грудь. Даже анимировали, теперь она умела подмигивать, доводя до нервного тика случайных зрителей. Преподаватели, узрев непотребство — убрали его. Но перед самым отплытием студенты подновили чары, и в Хогвартс русалка прибыла в самом фривольном настроении.
Замок встретил их огнями и синими от холода студентами. Что неудивительно, мантии на них были не то чтобы тёплые, а от пронизывающего ветра согревающие чары слетали на раз. Пока они шли по снегу к замку, Каркаров предпринял попытку выделить Виктора, приобняв того за плечи и навязчиво попытавшись отделить того от остальной группы. Но Крам профессионально сбросил руку директора и недоумевающе посмотрел на него, приподняв бровь. Каркаров оставил попытки и вышел вперёд перед учениками, рассекая снег эффектным заклинанием, от которого тот разделялся в стороны, формируя тропу.
— Моисей, млять… — пробормотал Поляков едва слышно, ребята прыснули, кто-то тихонько заржал, замаскировав смех кашлем.
В замке им предложили выбрать себе стол. Симпатичных девушек было больше за крайними столами, один из которых уже оккупировал Шармбаттон, потому вопросов с выбором рассадки не возникло. Дурмстранговцы расселись за столом учеников, носящих зелёные галстуки, при этом с удовольствием разглядывая француженок. Хороши! И форма подобрана явно не из практичных соображений. Прямо бабочки! Делегация Шармбаттона включала всего четырёх парней, остальные девушки. Пятый тут же ткнул Виктора локтем под ребра, незаметно указывая на шикарную блондинку:
— Вейла!
И точно, Виктор прислушался к внутренним ощущениям, действительно, некое ненормальное влечение к блондинке присутствовало. Хотелось сидеть и смотреть исключительно на неё, а лучше встать, взвалить даму себе на плечо и утащить куда подальше, как пещерный человек. Виктор мысленно помотал головой, сбрасывая чары.
— Или полувейла, — кратко выдал вслух он.
Общение с талисманами их сборной не прошло просто так, и отличать здоровое подростковое желание от зова вейлы Виктор научился. Димитров «лечил» игроков сборной от наваждения самым действенным способом — давал подзатыльник. Рука у капитана была тяжелая и, после четвёртого-пятого раза, когда в ушах уже звенело, он всё-таки научился это самое влечение сбрасывать.
Во время ужина они разглядывали убранство Большого зала, парящие свечи, звёздное небо в лёгкой дымке облаков, золотую посуду. Похоже, не только они сегодня постарались выпендриться. Прислушивались к разговорам за столами, пробовали непривычную кухню, но, в основном, рассматривали девчонок. В Хогвартсе их было действительно много. Среди старшекурсниц попадались очень симпатичные, например чернокожая девушка за соседним столом, и красотка-староста прямо напротив. Пятый не удержался и подмигнул ей, та лишь фыркнула и вздёрнула курносый носик.
Наконец, когда пища со столов исчезла, высоченный дед в вырвиглазной мантии — директор принимающей школы — толкнул речь и велел вынести Кубок огня. Весь зал оживился. Ради этого, вроде как, здесь все и собрались. У Виктора засосало под ложечкой. Он смотрел на пылающий артефакт и чувствовал, каким-то шестым чувством, что прямо здесь и сейчас начинаются серьезные неприятности.