Сегодня ему вновь предстоит танцевать. За партнёршу, в плане техники, он не переживал, девушка как-то обмолвилась, что родители отдали её на танцы в шесть лет, чтобы выработать осанку. Скорее он опасался реакции её друзей и в первую очередь Гарри. Как он отреагирует на то, что Виктор пригласил на бал его лучшую подругу? Хотя, плевать! Уж больно хотелось поставить кое-кого на место. Виктор очень и очень не любил несправедливость. Особенно в отношении дам.
Того же Пятого, например, Слизерин осыпал нелестными комментариями всю неделю, несмотря на то, что Стас, вроде как, заморский гость. Миллисенту на факультете не любили, высказываясь о её внешности с пренебрежением и присущей детям жестокостью. Подростковая полнота и угловатость дополнялись тяжелой челюстью и крепкой конституцией. Слизеринских девушек явно оскорбил выбор симпатичного и, на их взгляд, перспективного, Стаса. А реальных обстоятельств никто объяснять не стал, да и зачем? Это лишь его дело.
Пятый стойко отражал нападки на свою избранницу и на себя, а от его бритвенного языка и пудового кулака уже пострадали многие. И если языком он мастерски трепал прямо за столом, то кулаки чесал очень аккуратно и исключительно в местах без портретов. Так, кстати, он сдружился с одним из однокурсников своей зазнобы — Грегори Гойлом. Как оказалось, у него тоже был зуб на одного из обидчиков девочки с выпускного курса, но сам он лезть боялся, и лучший друг, Драко Малфой, запретил. Из неких политических мотивов. Но Грег был парень простой и сложной политики не понимал. А вот логика: оскорбил — получил, была ему более чем знакома. Милли ему и самому нравилась, но отец уже присмотрел другую невесту — Эллу, младшенькую из Флинтов. Ей только предстояло в этом году поступать в Хогвартс. Кстати, Гойл и его друг Крэбб на бал решили идти в одиночестве. С танцами у них было чуть лучше, чем никак, а бал их интересовал исключительно банкетом.
Виктор встрепенулся, время было выдвигаться. В холле замка им предстояло встретить своих дам.
Хогвартс сиял сотнями огней, рыцарские доспехи начищены, ветки омелы и остролиста украшали дверные проёмы. В холле курсировала разноцветная толпа. Дурмстранговцы разбрелись в поисках своих половинок. Виктор оглянулся, выискивая взглядом Гермиону. Увидел, как Стас ведёт под руку сияющую Милли с аккуратной причёской и в зелёной мантии, девушка скромно улыбалась и словно похорошела. Полякова с красивой гриффиндоркой — Кэти Бэлл, в мантии винного цвета. Значит, всё-таки, добился своего, чертяка!
Виктор вспомнил, как несколько недель назад Иван одалживал у него метлу для того, чтобы подлететь к окну некой строптивой избранницы и оставить той презент. Видимо, Кэтти поступок оценила. Но где же Гермиона? И тут Виктор увидел её: обычно непослушное облако кудрей было усмирено и уложено красивым узлом. На девушке была небесно-голубая мантия, в которой она выглядела взрослее. Она подчеркнула изящество и хрупкость девушки. Возможно, Гермиона что-то сделала и с лицом, потому что глаза казались особенно выразительными, но Виктор в этом совершенно не разбирался. Он подошел к своей даме, попутно кивнув Поттеру, стоявшему рядом с красивой индианкой, и предложил Гермионе руку, которую та, чуть покраснев, приняла.
Чемпионы открывали бал. Поттер был удивлён, увидев Виктора с Гермионой, но кивнул приветливо. Они проследовали за столики и неспешно поели. Виктор отведал традиционных английских кушаний по совету Гермионы. На его вкус было жирновато и странновато, особенно пудинг. Но, как экзотика, вполне сойдёт. Они с Гермионой наслаждались беседой, выбирая, как её лучше называть. Херми звучало грубовато, а Мио — фамильярно. Сошлись на нейтральном — Миона. Виктор рассказывал о новогоднем убранстве Дурмстранга. Хотя Хогвартской роскошью у них и не пахло. Дурмстранг был больше военным институтом, чем обычной школой, да и Рождество у них не отмечали так масштабно, − в школе учились представители разных вероисповеданий, потому в Дурмстранге шумно и массово встречали Новый год. Когда все насытились, заиграла музыка.
Ну, что сказать о танце? Флёр вёл долговязый парень с совершенно придурковатейшим выражением на лице, Диггори вполне уверенно кружил китаянку, а Поттер двигался с грацией картошки, то и дело путая руки и ноги. Его партнёрша стоически терпела и улыбалась. После третьего круга к ним традиционно начали присоединяться другие пары. Веселье набирало обороты. Гермиона оказалась хорошей партнёршей. Она не пыталась вести, не путалась в шагах и была достаточно пластичной. Немного смущала разница в росте, из-за которой приходилось танцевать на присогнутых коленях, и чуть опуская руки. Но это лишь на время вальса. Когда волнение отпустило, они разговорились и проболтали последующие несколько танцев, лишь на самом быстром отправившись выпить пунша. Гермиона сильно запыхалась — сказывалось отсутствие физических нагрузок в Хогвартсе.